Для ТЕБЯ - христианская газета

Поездка в монастырь
Публицистика

Начало О нас Статьи Христианское творчество Форум Чат Каталог-рейтинг
Начало | Поиск | Статьи | Отзывы | Газета | Христианские стихи, проза, проповеди | WWW-рейтинг | Форум | Чат
 


 Новая рубрика "Статья в газету": напиши статью - получи гонорар!

Новости Христианского творчества в формате RSS 2.0 Все рубрики [авторы]: Проза [а] Поэзия [а] Для детей [а] Драматургия [а] -- Статья в газету!
Публицистика [а] Проповеди [а] Теология [а] Свидетельство [а] Крик души [а] - Конкурс!
Найти Авторам: правила | регистрация | вход

[ ! ]    версия для печати

Поездка в монастырь


Поездка в монастырь.

В один из ясных сентябрьских дней, в воскресенье, после службы в кафедральном соборе, все желающие, собрались на площади перед собором, сели в заказанный заранее автобус и поехали в православный греческий монастырь, основанный старцем Софронием, в конце пятидесятых годов, в небольшом посёлке, недалеко от Кембриджа…
Мы долго выезжали из Лондона, по переполненным машинами улицам и приехали в монастырь, чуть опоздав к началу службы. Приветливая монахиня в чёрном, встретила нас у ворот монастыря, показала место где поставить автобус, а всех нас сопроводила в новый храм – служба уже началась.
По дороге, мы осматривали разукрашенные мозаикой и росписями на библейские сюжеты, стены невысоких построек, окружённых зелёными деревьями и кустарниками. Через небольшое, застеклённое преддверие, вошли в храм, наполовину заполненный прихожанами. Нас приехало около сорока человек и потому, в храме стало тесно и жарко.
Войдя внутрь, в тесноту сосредоточенного молчания и молитвы, я с интересом всматривался в лица монахов. Невольно вспомнился Достоевский и его описание монастыря, в романе «Братья Карамазовы»…
Вокруг горели свечи и на греческом непонятном для меня языке читали торжественную службу, которая была посвящена старцу Силуан, Афонскому насельнику, о котором, основатель монастыря, иеромонах Софроний, близкий духовный сподвижник старца, написал книгу. Я эту книгу читал и помню цитаты оттуда, в проповедях Владыки Антония Сурожского, где он ссылался на духовный опыт старца Силуана.
Протиснувшись внутрь, я остановился в середине полутёмного помещения, наполненного народом, и как то долго и неловко старался найти положение тела, при котором никому бы не мешал, да и сам мог бы хотя бы без помех креститься. Сладковато и приятно пахло ладаном, и, сквозь широкие царские врата виден был престол, горящие свечи, большой золоченый фигурный крест и священник, расположившийся к нам спиной и что – то приготовляющий там.
При входе в храм, стоял на подставке большой портрет, видимо старца Силуана, а может быть отца Софроний, основателя монастыря, к которому подходили, крестились и целовали изображение, а точнее руки изображённого старца…
За спиной, на хорах, стояли монахини в чёрном и в клобуках, оставляющих лица открытыми и потому, в полутьме, лица ярко белели на чёрном и казались бесплотными иконами, освещёнными только металлической большой люстрой, подвешенной к потолку посередине , с огоньками горящих свечек,
Вошедший вслед за мной большой мужчина стоявший за спиной, тяжело и хрипло дышал и что – то бормотал почти вслух, о тесноте и духоте. Справа у стенки сидели пожилые женщины на раскладных стульях, а прямо передо мной, расположился худой мужчина в сером костюме, который держал перед собой коляску, в которой поместился больной ребёнок лет десяти…
Он, ребёнок, иногда вдруг начинал громко и длинно стенать, и отец нервно гладил его по стриженой голове и сжимал маленькую ручку, тоже поглаживая своими пальцами его худенькую ладошку.
От алтаря к выходу, вдоль прохода выстроились монахи в черном, тоже в клобуках, с седыми длинными бородами на измождённых лицах. Они что – то пели протяжно и заунывно по-гречески, и я невольно подумал, что Иисус Христос был рождён на Востоке, да и сами греки более восточные люди, чем европейцы, и потому исконно христианский колорит, наверное, в первые века христианства был особенно ощутим. Израиль и тогда и сейчас был и остаётся западной окраиной Ближнего Востока, и неудивительно, что сразу после возникновения магометанства, богословы считали его христианской ересью, хотя сегодня об этом почти не вспоминают и противопоставляют Христианство Исламу.
Во всяком случае, мне, это монотонное, завораживающее, переливами голосов в унисон, пение напомнило Восток. Я стал думать о тех переменах, которые произошли с христианством за долгие тысячелетия после распятия и воскрешения Христа…
В этот момент люди в храме зашевелились и вслед за идущими по двое монахами, начали медленно выходить на улицу, во двор храма. Во главе процессии стоял высокий седобородый игумен Кирилл, с длинным золочёным посохом...
Наконец мы вышли на воздух, вслед за монахами, обошли церковь вокруг, и людская цепочка протянулась за игуменом и вновь соединилась у входа.
Монахи несли на руках портрет Силуана и по окончанию крестного хода остановились, и верующие стали по одному подходить к изображению и целовать руки сурового «картинного» старца. Напряжение в толпе прихожан нарастало и над понурыми фигурами повисло трагическое, как мне казалось молчание.
«Это немножко напоминает похоронную процессию – думал я изредка поднимая голову и осматривая суровые лица вокруг. – Но наверное первоначальное христианство таким не было. Было много восторга и вдохновения. Были вопросы и ответы, которые помогали людям поверить, что жизнь с Богом, разительно отличается своей светлой радостью от суетливой и трагической жизни без Бога…
Почему же сегодня никто светло не улыбнётся друг другу и все, как загипнотизированные заунывным пением, мрачно смотрят в землю, избегая встречаться друг с другом, глазами. Невольно вспомнились слова Иисуса о фарисеях, которые постятся и мрачно пророчествуют напоказ, вместо того чтобы радоваться жизни, в которой появилась цель, в которой Бог всегда с нами, любящий и радующийся взаимной любви вокруг…
«Эта мрачная атмосфера службы только разъединяла всех нас, - размышлял я – заставляя верующих, по привычке, погружаться в атмосферу траура и скорби».
А тут ещё ребёнок - инвалид вдруг тонко и пронзительно заныл, качая головой из стороны в сторону, а безутешный отец, почти в исступлении затряс руками, словно изнемогая от нервного напряжения, странно не доверяя, не веря в сострадание окружающих…
Мне хотелось его успокоить, погладить по плечу, сказать, что все понимают его состояние и сочувствуют и вовсе не надо так беспокоиться о том, что это кому-то мешает слушать службу - думаю что многие, так же как и я, ничего не понимали ни в пении, ни в текстах службы на греческом.
Служба между тем шла своим чередом и во время чтения Евангелия, отрывки зачитывались на пяти языках: на греческом, на русском, на французском, на итальянском и на английском… Рассказывают, что из двадцати семи монахов в монастыре, есть несколько греков, несколько русских, несколько англичан и в общей сложности около десяти национальностей. Со времён основания обители, старец Софроний, требовал от своих подопечных знания нескольких языков и потому монахи и монахини (а монастырь состоит из двух половин – мужской и женской) учили языки в качестве монастырского послушания.
Долгая служба подвигалась к концу, и после елеосвящения, я вышел на улицу, освободив место в храме для других прихожан. На дворе были тёплые чистые сумерки, и над крышами монастырских зданий вставала серебряная, почти полная луна и ветерок шумел листвой многочисленных деревьев окружающих дома. Чтобы размяться после длительного стояния на одном месте, мы сходили, посмотрели замечательно большой и ухоженный монастырский сад, в котором ровными рядами росли яблони вишни и сливы.
Возвратившись, зашли в книжный киоск, в котором, к сожалению, книг на русском языке вовсе не было, хотя продавались иконы, и Алёша, мой друг и попутчик в этой поездке, купил икону старца Силуана.
Позже мы вновь подошли к храму и стояли слушая службу уже с улицы в открытые двери преддверия . Там, с двух сторон от входа стояли большие иконы Божьей Матери с младенцем Иисусом и самим Иисусом Христом, подсвеченные снизу ярким пламенем свечек…
Я слушал службу, смотрел на тёмное небо с загорающимися на нём звездами и пытался представить себе, как живут и молятся в обычные дни монахи этого монастыря.
Вновь вспомнился Достоевский и послушник Алёша Карамазов, идущий в свой монастырь с вздохами облегчения, после страстей и перипетий суетного мира. Думаю что и здесь так. Ведь в обычное время, когда нет церковных праздников, все здесь заняты своими делами: послушанием, молитвами, чтением книг, тихими беседами о Боге и о себе – о прошлом, настоящем и будущем…
Я вспомнил монастыри, в которых побывал в последние годы. Одним из них был Маульброн – старинный монастырь в окрестностях Гейдельберга, который описал в своей книге «Игра в бисер» немецкий писатель Герман Гессе…
Ещё, монастырь, ставший одним из религиозных символов Испании – Монсеррат, находящийся в горах, издалека похожих на зубы Дьявола. Там ежедневно бывают тысячи и тысячи верующих и неверующих и там же храниться скульптурное изображение Черной Мадонны с Младенцем, которую по легенде вырезал из дерева ещё Евангелист Лука, а в Испанию доставил Апостол Пётр.
Там в, диких горах подвизались в монашеской строгой жизни уже многие столетия и потому вокруг монастыря вырос целый город, состоящий из храмов, келий, пещер отшельников, садов и скверов…
Замечательно красив и суров монастырь цистерцианцев, тоже в горах, в окрестностях французского города Гренобля, в знаменитом на весь мир горном урочище Шартрез. Кстати, знаменитый зелёный тягучий ликёр «Шартрез» произошёл отсюда, из монастырских стен. Здесь много лет назад, впервые его сделали и рецепт приготовления такого ликёра, стал достоянием братии…
Тут тоже, уже около тысячи лет живут монахи, которых я увидел в толпе праздных туристов. Они живут за монастырскими стенами, похожими на крепостные, тихо и уединённо. Однако вокруг, почти круглый год шум, суета и праздность - тысячи и тысячи туристов посещают эти места, как мировую достопримечательность…
Монахи там, ходят в белых балахонах с капюшонами и во время молитв закрывают ими голову, отьединяясь от окружающего мира и оставаясь один на один с Господом Богом…
Кельи их не малы и не велики. Есть лежанка – постель, есть место для утренних и ночных молитв, есть письменный стол, на котором они работают, изучая и комментируя священные книги. В углу медный таз на подставке и кувшин с водой, для мытья перед ранними утренними службами, которая проходит в гулкой прохладной церквушке с рядами резных сидений вдоль каменных стен, где, так пронзительно и тревожно звучать мощные звуки органа.
Раз в неделю монахи выходят на прогулки из монастыря и тогда, общаются, разговаривают между собой, дышат воздухом горных долин и даже веселятся, а если предоставляется случай, то не проч скатиться по снежной тропке или искупаться в ледяной воде горной речки текущей по высокогорной долине.
Монахи здесь, в качестве послушания исполняют работы на пилораме, на мебельной маленькой фабричке, на швейном производстве, где шьют сами себе рясы и подрясники, ухаживают за стадом дойных коров, пекут хлебы для монастырской трапезной. Коровы, ухоженные крупные животные, пасутся тут же на луговине, рядом с монастырём. Наверное, утреннее молоко на завтрак, именно от них…
Вспомнились мне и российские монастыри…
Однажды лет двадцать пять назад, я был в Москве, зимой, внутри, за стенами Новодевичьего монастыря и помню ужасный, до костей пробирающий холод, в неотапливаемой церкви и картину, изображающую «лествицу» человеческих грехов. В этой своеобразной иерархии, на одном из первых мест – грех гордыни человеческой, что тогда меня немного удивило. Только потом, размышляя, я понял, что самый лютый враг для монаха, воспитывающего в себе самоуничижение – это эгоистическая гордость…
Помню Валаамский монастырь и теплоход, доставивший нас туда. Помню золоченые купола первой церкви, стоящей на берегу, на горке, над пристанью; помню жаркую, пыльную дорогу, через сосновый бор. Всплывает в памяти замечательная картина синего и холодного ладожского фьорда, на берегу которого стоит красивый и суровый монастырь, где ещё совсем недавно был не то дом инвалидов, не то подростковая колония…
Тогда, только начинали реставрировать полуразрушенный монастырь и всё выглядело не очень уютно. Запомнились ещё комментарии экскурсовода, о богатстве многочисленных хозяйств Валаамского монастыря, перед Революцией, исчисляемого миллионами рублей, золотом. Она об этом говорила с гордостью, а я подумал, что лучше бы они, монастырские настоятели, это богатство раздали бедным людям – может быть тогда, и Революция была бы менее жестокой и антицерковной…
В одном месте мы небольшой компанией поднялись на колокольню скитской церквушки, откуда открывался замечательный вид на леса острова и на окружающее озеро… При всей красоте пейзажа, работы по возобновлению монастыря тогда было непочатый край – всё было в запустении или совсем разрушено…
… Наш монастырь в Англии, выстроен тоже долгими и утомительными трудами и потому он благолепен и уютен и сегодня напоминает тихое поселение, расположившееся под сенью высаженных монахами деревьев, чуть в стороне от немноголюдной английской деревни. Будучи в миру профессиональным художником, отец Софроний, расписывал все строения собственноручно или делал эскизы для мозаик, украшающих стены зданий и внутреннее убранство храма и трапезной…
… Служба закончилась уже в ночной темноте и продолжалась около четырёх часов. Теперь, улыбаясь, все выходили из храма и кто – то уходил домой в деревню, а мы вместе с монахами и монахинями пошли в трапезную, где уже были накрыты столы.
Для нас, гостей, накрыли отдельно, так как нам надо было скоро уезжать назад в город. Еда была вкусная, постная и со множеством сладких блюд и орехов, как наверное, это бывает в монастырях Греции. Приготовлено всё было с любовью и очень искусно и я с удовольствием завершил поздний ужин сочным яблоком из монастырского сада…
Но для меня поездка в монастырь на этом не закончилась…
С полгода назад, я неожиданно узнал, что одна наша знакомая девушка, дочка наших московских приятелей, лет двадцать назад приехала в Англию, вместе с родителями. Её приемный отец, был англичанином, и позже погиб от несчастного случая в Индии. А она, потом, после нескольких лет учения в школе и университете, вдруг ушла в монастырь, здесь в Англии. И перед поездкой, я надеялся, что в этом монастыре смогу с нею увидеться и поговорить – меня её загадочная судьба очень заинтересовала…
Как только мы приехали, я стал расспрашивать монахиню, встречавшую нас, об этой знакомой и действительно узнал, что она здесь и уже давно. Со дня нашей единственной встречи с ней, которая произошла в Москве, в Доме на Набережной, где жила её семья, прошло уже двадцать семь лет, и конечно я уже не мог её узнать, но увидеться и сказать ей слова почтения и уважения очень хотелось. Я несколько раз спрашивал монахинь о ней и наконец, после ужина вдруг увидел худенькую девушку в очках, которая неловко скользнула по мне взглядом и я понял , что это и есть моя знакомая, которой, когда мы виделись в Москве, было всего шестнадцать лет.
Я подошёл, поздоровался, представился ей и стал расспрашивать о жизни и судьбе.
Вокруг было много людей, она, наверное, не закончила ещё трапезу, и потому её ответы были коротки, иногда по взгляду можно было догадаться, что ей отвечать на мои вопросы не очень удобно. Она, сказала, что помнит наше с Сюзи посещение их квартиры в Москве, сказала, что жила у моей жены в Лондоне, в квартире некоторое время. Я со своей стороны, рассказал, что наша дочь Аня окончила Кембридж, и сейчас учится уже по другому профилю по медицинскому, в Кинг-с – колледж. А Максим - наш младший, поступил в университет и уехал совсем недавно учиться в Лидс. Когда я говорил это, мне почему-то было неловко и потому, я старательно зазывал её к нам в гости, и в конце разговора дал «матушке» Серафиме свой домашний телефон…
… Наконец, уже около девяти вечера мы погрузились в автобус и поехали назад, в Лондон. Перед отъездом монахини пригласили всех желающих брать с собой монастырские яблоки, стоявшие в ящиках на выходе из трапезной. Все «наши», набрали себе по несколько килограмм, памятуя, что яблоки особенные, почти волшебные, выращенные по монастырскому уставу и согласно послушанию…
В автобусе, Миша, руководитель поездки и певчий в хоре, прочёл благодарственную молитву и все в душе поблагодарили его за интересные беседы в автобусе, о истории создания монастыря и его создателях и покровителях. До самого конца путешествия, все обсуждали увиденное и услышанное в монастыре. Для многих такое посещение было впервые и впечатления сильные и запоминающиеся надолго...
Когда ехали в монастырь, то помня причину сегодняшней монастырской литургии, все дружно пели акафисты в честь преподобного Силуана. Длинная служба на непонятных языках, для многих не была так утомительна – все более или мене понимали о чём в ней идёт речь…
... Старец Силуан – одна из тех религиозных фигур в русском православии нового времени, которая обновила понимание простым народом христианства, как пути единения с Богом и пути спасения в этом бренном мире. Сам, происхождением из крестьян, старец Силуан, уверовал вдруг и навсегда, после одной из кулачных драк, которые были так обычны для русских людей ещё сто лет назад. В этом бою, он сильный и молодой боец, чуть не до смерти покалечил другого человека и когда пыл схватки угас, он понял, какое преступление перед Богом и людьми, он мог совершить. И тогда, он тяжело задумался о своём настоящем и будущем существовании…
И эти размышления привели его, в конце концов в церковь, а потом и на Афон, где старец Силуан пользовался авторитетом и уважением, но в конце концов ушёл в затвор и общался только с монахами, которые искали у него духовной поддержки в своей жизни…
Высказывания его часто были настолько темны, что часто приходилось, как бы переводить его речения. Этим неожиданно для самого себя занялся старец Софроний, подружившийся с старцем Силуаном, найдя в беседах с ним, ответы на многие непростые вопросы монашеской, молитвенной жизни и общения с Богом.
Сегодня насельники монастыря под Кембриджем, продолжают духовную традицию служению делу Христову, помнят Афон и в нашей сложной жизни, чтят память этих замечательных старцев, русских по характеру, но разных по своему происхождению и своей судьбе. В Афонском монастыре, монашество объединило разных людей – стариков и молодых, аристократов и крестьян в одном порыве найти цель и смысл человеческой жизни…

... Завершая рассказ, хочу сказать, что эта поездка в монастырь, встреча с монахами, разговор с Юлей, в прошлом обычной московской школьницей, а ныне уже семнадцать лет пребывающей в монастыре, ещё и ещё раз заставили меня задуматься о судьбах людей, о христовой вере и о судьбах русского православия здесь, в Англии. Эта встреча с монастырём, приоткрыла мне новую страницу человеческого бытия, теперь уже русского эмигрантского бытия и заставила размышлять и над собственным будущем…

25. 09. 2007 года. Лондон.


Об авторе все произведения автора >>>

Владимир Кабаков Владимир Кабаков, Лондон, Великобритания
Владимир Кабаков – родился 1946г. Иркутск.
В 16 лет пошел работать на стройку. С 17 лет стал ездить в дальние командировки по Восточной Сибири. В 19 лет призван в армию во Владивосток на остров Русский. Закончил службу в 1968 году, работал в Иркутском Университете, учебным мастером. Поступил в Университет, но ушел с первого курса, так как понял, что радиофизика не моё. Учился в Университете Марксизма-Ленинизма, занимаясь философией и социологией, удовлетворяя свою страсть. Потом работал слесарем, плотником, стропальщиком, бетонщиком. В 1977 году уехал на Бам, где работал на сейсмостанции в поселке Тоннельный. С 1979 года выехал в европейскую часть России и стал интерьерщиком. В 1984 году написал свой первый сценарий документального фильма «Глухариная песня»(http://www.tvmuseum.ru/card.asp?ob_no=3335), который был поставлен на Иркутской студии телефильмов. В течении нескольких лет работал внештатным корреспондентом молодежной редакции Иркутского телевидения. Чуть раньше начал писать рассказы и повести о тайге, о природе и человеке. 1988 году поселился в Ленинграде (Санкт-Петербурге). Там-же стал тренером в общественнo-подростковом клубе «Березка», продолжая работать в интерьерной фирме. В 1990 году стал штатным тренером, а в 1993 году директором подросткового клуба «Березка». За время работы в клубе начал печататься в сборниках русских литераторах. В 1998 издал книгу рассказов «Говорят медведи не кусаются». В том же году уехал в Англию, где жила семья: жена-англичанка и двое детей. Долгое время сидел без работы, затем работал уборщиком. За это время написал много пьес, рассказов, повестей, в общей сложности около 10 книг. Собираюсь издавать их в Санкт-Петербурге и в Сибири.

e-mail автора: russianalbion@narod.ru
сайт автора: личная страница

 
Прочитано 622 раза. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы, замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам совершенствовать свои творческие способности
Оцените произведение:
(после оценки вы также сможете оставить отзыв)
Отзывы читателей об этой статье Написать отзыв Форум
Буравец Валерий vbur@inbox.ru 2016-07-25 12:41:27
Мир вам! Возникает вопрос: зачем монастырь - это что? как больница закрытого типа для душевно больных! А разве таким образом больного можно вылечить?! А разве Бог в Библии не говорит: "не хорошо быть человеку одному и создал жену" - /Быт.2.18-22/.
По природе муж и жена. А разве у молодых монахинь и монахов близость друг к другу не проявляется. Если сказать: нет. Это ложь. Тогда что? Содомский грех. Или хороший дурман - отключающий человеческий организм от всего живого. Мёртвый дух не имеет ничего человеческого и ничто в нём не проявляется. Тогда какова - это жизнь, если можно так назвать: для чего они живут? Радости материнской не знают, любви к другому полу понятий не имеют. Заботу как таковой у них нет: ешь, постись и спи. А кому служат или молятся туманный гипноз. На чём основывается монастырская жизнь? Где здравый смысл непонятно и есть ли он. После много времени пребывания в больнице для душевно больных, человека не выпускают из больницы под расписку родственника, а монашку или монаха также настоятель не рекомендует выходить за монастырь. Он дикий будет в обществе не способен элементарным правилам. Так кто он, в монастыре? Больной со всех сторон. Расти он душевно, духовно не может - практики нет. Да и телесно - взрослый ребёнок, только больной.
 
читайте в разделе Публицистика обратите внимание

Послания Павла. - Андрей Марченко

На Рассвете Нового Дня /3/ - ףןואאףןוע

мысли в авоське-22 - irina kramarenko
НА НЕБОВОЗНЕСЛИСЬ ПОГИБШИХ ДУШИ....

>>> Все произведения раздела Публицистика >>>

Поэзия :
аксиома - Пауль Элита

Поэзия :
Жизнь у нас одна - Владимир Штонда

Публицистика :
Христианские наслоения - Владимир Кодебский

 
Назад | Христианское творчество: все разделы | Раздел Публицистика
www.ForU.ru - (c) Христианская газета Для ТЕБЯ 1998-2012 - , тел.: +38 068 478 92 77
  Каталог христианских сайтов Для ТЕБЯ


Рамочка.ру - лучшее средство опубликовать фотки в сети!

Надежный хостинг: CPanel + php5 + MySQL5 от $1.95 Hosting





Маранафа - Библия, каталог сайтов, христианский чат, форум

Rambler's Top100
Яндекс цитирования

Rambler's Top100