Для ТЕБЯ - христианская газета

Владыка Серафим. Роман. Часть вторая
Проза

Начало О нас Статьи Христианское творчество Форум Чат Каталог-рейтинг
Начало | Поиск | Статьи | Отзывы | Газета | Христианские стихи, проза, проповеди | WWW-рейтинг | Форум | Чат
 


 Новая рубрика "Статья в газету": напиши статью - получи гонорар!

Новости Христианского творчества в формате RSS 2.0 Все рубрики [авторы]: Проза [а] Поэзия [а] Для детей [а] Драматургия [а] -- Статья в газету!
Публицистика [а] Проповеди [а] Теология [а] Свидетельство [а] Крик души [а] - Конкурс!
Найти Авторам: правила | регистрация | вход

[ ! ]    версия для печати

Владыка Серафим. Роман. Часть вторая


ПРОПОВЕДЬ ТРЕТЬЯ




Хочу предварить эту беседу небольшим очерком истории демократии, которая сегодня многими напрямик связывается и с личной свободой и свободой политической, хотя это не одно и тоже…
Впервые, пожалуй, к пониманию подлинной демократии, как лучшей из возможных политических систем, пришли в Древней Греции, ещё более двух с половиной тысячелетий назад. Небольшие греческие города, благодаря демократии, превратились в сильные, процветающие города – государства, способные противостоять сильнейшим тираниям того времени…
В древнем мире, демократии удачно противостояли диктатурам, и даже потерпев единичные поражения, умели восстановиться, воскреснуть, как феникс из пепла, и вновь бороться, вновь побеждать тирании…
Именно греческие демократии, обуздывая непомерное людское тщеславие и тягу к власти, превратили выборных чиновников в служителей на жалованье. И отношение «подвластных» к «властям» было соответствующим, разительно отличавшимся от «простирания» себя перед царём, королём или ханом, перед Правителем, всегда с большой буквы. Раболепие, целование земли под стопами «лидера», было деталями политического и бытового протокола в древних тираниях, да мало чем отличаются и в сегодняшних, но, при «демократиях», простой кожевенник, мог выступая на суде, победить «управителя» города…
Но со временем демократии вырождались в демагогию и утрачивали своё значение. Нечто подобное мы наблюдаем и сегодня…
Однако, именно греческая модель народоправства послужила прообразом для европейских народов, стремящихся поменять несправедливую, тоталитарную систему на более демократичную, в периоды религиозно – социальных революций: будь то Английская революция, Великая Французская или даже Октябрьская революция в России.
Причиной любой революции, явной или тщательно скрытой в отрицании источника, являлось нарушение социальной справедливости, королями, царями, их прислужниками и отступившей от заветов Христа, церковью…
Целью всегда было - восстановление попранной правды и свободы…
Интересная подробность - в деспотиях и схожих формах правления, слово господин – одно из самых значимых. И революции, прежде всего выбрасывали его из речевого обихода, заменяя словом из демократического лексикона: товарищ, брат, друг.
Как же христианство относится к проблеме свободы и несвободы? В чём отличие той же западноевропейской или народной, или социалистической демократии, от того, что мы называем христианской жизнью? Чем Кесарево отличается от Божьего? Как Иисус Христос решал проблему свободы, личной и политической?
На мой взгляд, Христос, не мыслил свободы политической без свободы личностной, но определял её не как свободу прав личности, человека, в обществе, в государстве, а отделяя жизнь социальную от жизни духовной.
Он говорил загадочные слова, что: «…всякая власть от Бога», которую Гегель перефразировал уже много позже, как: «всё действительное – разумно». Он, Христос сказал: «Кесарево кесарю, а Божье Богу»… Иначе говоря, государству государственное, то есть телесное, а душе – Бог…
Что же касается личностной свободы, то в Нагорной проповеди Христос призывает человеков быть свободными от забот о теле, ибо Бог об этом позаботится тоже, если вы веруете..
Прямо, тут слово свобода не упоминается, но говорится, процитирую, как бы резюме этого призыва: «Итак, не заботьтесь и не говорите… Что нам есть? Или что нам пить? Или во что нам одеться? Потому, что всего этого ищут язычники. Ищите же прежде царствие Божие и правды Его, и это всё приложится вам. Итак, не заботьтесь о дне завтрашнем, ибо завтрашний будет сам заботится о своём: довольно, для каждого дня, своей заботы…»
В этих призывах – сущность человеческой свободы – телесной и душевной. Не цепляйтесь за показное благополучие вашего физического тела, как бы говорит Христос, - и вы его получите.
Не копите и не стяжайте, и тогда душой будете жить по Богу и в Боге – всё остальное от этого зависит…
О Нагорной проповеди Евангелие говорит: «Ибо Он учил их, как власть имеющий, а не как книжники и фарисеи…» То есть, Иисус Христос был автор учения Нового Завета и сам свободен, а книжники и фарисеи – комментаторы, не имеющие свободы, вкривь и вкось, толкующие Законы…
Но Иисус, будучи свободным, понимал всю тяжесть свободы и потому предостерегал книжника, который хотел стать его учеником, говоря ему: «…лисицы имеют норы и птицы небесные, гнёзда; а Сын Человеческий не имеет, где преклонить голову …»
В этом же Евангелии от Матфея, Иисус говорит апостолам: «И не бойтесь убивающих тело, души не могущих убить; и бойтесь более того, кто может и душу, и тело погубить в Геенне огненной. Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадёт на землю без воли Отца вашего. У вас же и волосы все на голове сочтены; не бойтесь же: вы лучше многих малых сих…»
Иисус здесь успокаивает людей свободных в Боге, не привязывающих себя в жизни ни к благам, не боящихся угроз свободной жизни. Иисус словно предлагает людям: «Будьте свободны и мир будет с вами!»
И дальше Он говорит: «Сделавши выбор свободы в Боге, держитесь Его крепко, ибо исповедующего Меня и Я исповедую пред Отцом Небесным…»
И далее, объясняя трудность и ответственность быть свободным, говорит смелые и жёсткие слова, которые уже многими сегодня забыты: «Не думайте, что Я пришёл принести мир на Землю; не мир пришёл Я принести, но меч. Ибо Я пришёл разделить человека с отцом его, и дочь с матерью её, и невестку со свекровью её. И враги человеку домашние его. Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто не берёт креста своего и не следует за Мной, тот не достоин Меня. Сберегший душу свою, потеряет её; а потерявший душу свою ради Меня, сбережёт её…»
Но дальше, Иисус утешает и объясняет, как надо быть свободным в Боге – в главе одиннадцатой, Евангелия от Матфея: « Всё предано Мне Отцом Моим, и никто не знает Сына кроме Отца, и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть. Придите ко Мне все трудящиеся и обременённые и Я успокою вас. Возьмите иго Моё на себя. И научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдёте покой душам вашим. Ибо иго Моё благо, и бремя Моё легко…»
И далее, Иисус, говоря по поводу обвинений фарисеев – законников, в нарушении учениками Иисуса закона субботы, поясняет: «Если бы знали, что значит: милости хочу, а не жертвы, то не осудили бы невиновных. Ибо Сын Человеческий господин и субботы…»
Иисус, говорит здесь о возможностях свободных в Боге, переступать формальные законы, которые написаны для рабов жизни и быта, держащихся за внешние «ограждения», как за костыли, для изуродованной такими законами души…
«Итак, можно в субботу делать добро! – говорит Иисус и исцеляет сухую руку больного…
Фарисеи обвиняют Иисуса в бесовстве, а Иисус, видя их лицемерные уловки, отвечает им: «…Если же Я, Духом Божием, изгоняю бесов, то конечно достигло до вас Царство Божие» – и далее поясняет фарисеям их подлинные намерения: «Кто не со мной, тот против Меня; и кто не собирает, тот расточает…»
Следующий эпизод о действиях свободных в Боге, переступающих формальный Закон, когда книжники Иерусалимские и фарисеи, вопрошают Иисуса: «Зачем ученики твои преступают учение старцев? Ибо не умывают рук своих, когда едят хлеб?»
Иисус гневно обвиняет фарисеев: «Лицемеры! Хорошо пророчествовал о вас Исайя, говоря: «Приближаются люди сии устами и чтут меня языками; сердце же их далеко отстоит от меня. Но тщетно чтут меня, уча учениям заповедями человеческими…»»
И далее Иисус толкуя притчу, обвиняющую фарисеев: «…Ибо из сердца исходят злые помыслы: убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления; это оскверняет человека; а есть неумытыми руками не оскверняет человека…»
Здесь Иисус призывает очищать сердце, то есть душу, внутренние, невидимые глазу помыслы, не заботясь о внешних формах проявления благочестия…
Далее Иисус предупреждает апостолов: «Берегитесь закваски фарисейской!..»
В учении фарисеев, видел Иисус истоки рабства человеческого, перед формальными законами, а по сути, рабства перед фарисеями, которые использовали законы, чтобы оправдать и возвысить себя и свои рабские занятия и привычки, освящённые, даже не самим Законом, а его толкованием, думая прежде, «не о том что Божие, но что человеческое…»
Чувствуя приближение страстных дней своего самопожертвования и подвига, Иисус призывает своих учеников последовать за ним к свободе в Боге: «…Если кто хочет идти за Мной, отвернись от себя и возьми крест свой и следуй за Мной: ибо кто хочет жизнь свою сберечь, тот потеряет её, а кто потеряет жизнь свою ради Меня, тот обретёт её…»
Свобода приходит через веру в нашего отца Небесного и даёт силу, говорит Иисус, объясняя, почему апостолы не могли излечить беснующегося в полнолуние.
Главную причину видит Он в недостаточном уровне веры - «по неверию вашему». Далее поясняя, Иисус спрашивает Петра, у которого просят деньги на храм: «Как тебе кажется Симон, цари земные с кого берут пошлины или подати с сынов ли своих или с посторонних?»
Пётр отвечает: «С посторонних» - и Иисус говорит ему: «Итак, сыны свободны!» – Тем самым как бы указывая, что верующие в Бога – есть подлинно свободные…
И потом, всё таки предлагает заплатить деньги на храм, чтобы не раздражать фарисеев – законников.
Заповеди для свободных в Боге, которых многим так трудно держаться, объясняет Иисус. Это: «…не убивай, не прелюбодействуй, не кради, не лжесвидетельствуй, почитай отца и мать, люби ближнего, как себя самого…»
И ещё говорит богатому юноше, который через богатство захотел обрести жизнь вечную: «…если хочешь быть совершенным, пойди продай имение своё и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мной…»
Но юноша опечалился и отошёл, потому что не мог пожертвовать своим большим имением, и не мог стать свободным в Боге. Иисус, видя это, сказал ученикам: «Трудно богатому войти в Царствие Небесное, как верблюду, пройти сквозь игольное ушко…»
«Но всякий – продолжал Иисус - кто оставит домы, или братьев, или сестёр, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную; многие же будут первые – последними, и последние – первыми!»
Суть свободы в Боге, Иисус далее поясняет так: «Вы знаете, что князья народов господствуют над ними и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так; а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою. И кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом. Так как Сын Человеческий, не для того пришёл, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу, жизнь Свою для искупления многих…»
Поясняя образ отношений свободных в Боге с фарисеями – законниками, Иисус говорит: «Итак, всё, что они, фарисеи и книжники, вам велят соблюдать – соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят и не делают; связывая бремена тяжёлые и неудобоносимые и возлагают на плечи людей, а сами не хотят и перстом двинуть их…так же любят предвозлежать на пиршествах и предвидения в синагогах… и чтобы люди звали их Учитель! Учитель! А вы не называйте учителями. Ибо один у вас учитель – Христос, все же вы братья; ибо кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится!..»
Иисус, указывает на то, что формально, многие Законы вполне правильны, но самими «законодателями» не исполняются и в этом их изъян, их фальшивость…
В Евангелии от Марка, в главе третьей, есть замечательная фраза, которая прямо нам показывает, как относились ближние к этому «странному» для них призыву Иисуса – стать свободными в Боге: « и услышавши, ближние его, пошли взять Его, ибо говорили, что Он вышел из себя…»
А книжники, пришедши из Иерусалима, говорили, что Он имеет в Себе Вельзевула, и что изгоняет бесов, силою бесовского князя…
На все возражения Иисуса, люди и близкие, погрязшие в духовном рабстве обыденной жизни, только качали головами, говоря: «Он сын Иосифа плотника, из Назарета, и сам плотник. Не может он учить как власть имеющий. Мы же его знаем…»
И говорил Иисус, в ответ на эти обвинения: «Истинно говорю вам: будут прощены сынам человеческим все грехи и хуления, какими бы не хулили. Но кто будет хулить Духа Святого (посланца Божия), тому не будет прощения во веки веков, но подлежит он вечному осуждению…Сие сказал Он, потому что говорили: «В нём нечистый дух…»
И дальше, Марк описывает замечательный момент, когда Иисус защищает свою свободу быть тем, кем Он был воистину: «И пришли матерь и братья его и стоя вне дома, послали к нему, звать его. Около Него сидел народ. И сказали ему: вот Матерь твоя и братья Твои, и сёстры Твои, вне дома, спрашивают Тебя. И отвечал им: «Кто матерь Моя и братья Мои? И обозрев сидящих вокруг Себя: Вот Матерь моя и братья Мои; Ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат и сестра и матерь…»
В этом диалоге - весь драматизм бытия, свободного в Боге Иисуса, все противостояние между обычностью, повседневной рутиной и избранничеством! И в этом, на мой взгляд ключи, к последующему, трагическому подвигу Христа; «ибо не ведают, что творят», «близкие», для которых «нет пророка в своём отечестве».
Для тех, кто увяз в раболепстве, нет свободы, и нет просветлённых, свободных в Боге. Для таких людей, вера в Бога и в посланца Его - суеверие или мёртвая догма, тысячекратно повторенная, без понимания и веры, и потому, утратившая реальное содержание.
Отсюда происходит и жестокий миф, о Христе появляющемся на боевом коне и с оружием в руках, сильном и божественно непобедимом. Отсюда постоянное приписывание Богу и Сыну и Святому Духу, зла царящего в мире, и прочих свойств, присущих самому неверующему человеку…
В главе пятой, у Марка, Иисус отличает из двенадцати, трёх учеников: Петра, Иакова и Иоанна и берёт их в дом начальника синагоги. И там в присутствии этих трёх и родных, оживляет двенадцатилетнюю дочь, начальника синагоги.
Отныне Иисус совершает чудеса, в присутствии тех, кто верует в него самозабвенно. То есть тех, кто верует самозабвенно, свободен от сомнений, свободен в Боге. Конечно со временем полностью уверуют и остальные ученики и станут апостолами. И сами по наущению Духа Святого смогут совершать чудеса.
Скептики же и фарисеи не только сами не верят, но мешают другим уверовать. Не такова ли и сегодня ситуация?!
Когда же Иисус проповедовал в Назарете, в синагоге, то скептики шептались и пожимали плечами. И сказал тогда Иисус: «Не бывает пророка без чести, разве только в отечестве своём и у сродников и в доме своём… И дивился неверию их».
Свободные в Боге, это ещё и люди способные взять на себя ответственность за поступок, за суждение или утверждение. Как часто мы в обыденной жизни отказываем людям в таланте, в дарованиях, потому, что судим о них по себе, думаем, что знаем их, отказывая таким людям в развитии внутренней свободы, проявлении свободы в Боге. Как часто мы стремимся мерить других мерою собственной несвободы и обвиняем их, если они поступают не как все…
Одной из характерных черт первохристиан, была их свобода в Боге. Вспомните, как Апостол Павел, стал наравне с Симоном – Петром, которого сам Иисус избрал для служения...
А сегодня Новый завет включает многие послания и поучения Апостола Павла. Ибо после знамения и гласа Иисуса Христа, услышанного ещё Савлом, будущий апостол, уверовал самозабвенно и жизнь своею отдал для этого служения. Так произошла метаморфоза. Когда яростный язычник превратился в смиренного, просветлённого апостола и из Савла превратился в Павла. А христиане во всех землях поверили и доверились ему.
И это прежде всего потому, что первохристиане и сами Апостолы были свободны в Боге и потому восприняли новообращённого Савла, наравне с собой. Хотя он и не был свидетелем земной жизни Сына Человеческого, но внял слову Иисусову явившемуся ему на дороге в Дамаск.
Если бы первохристиане были догматиками, то разве смогли бы они признать Павла равным тем, кто жил и шёл вослед Иисусу Христу во времена его земной жизни? Но они не стали подобно жителям Назарета и Иисусовым «сродственникам» говорить: «Мы знаем его…» – это Савл, гонитель христиан…»
Так и в жизни часто бывает, что именно близкие и знакомые, погружённые в рутину несвободной жизни, менее всего верят и не хотят быть свободными. И поэтому ещё, вокруг нас происходит так много личных трагедий из за предательства ближних. Ведь известно, что «предают только друзья…»
Хочется повторить слова пророка Исайи: «Ибо вы оставили заповедь Божию, держитесь предания человеческого, омовения кружек и чаш, и делаете многое другое, сему подобное. И спросил их: хорошо ли, что вы отменяете заповедь Божию, чтобы соблюсти свои предания?»
…И потом говорил Иисус о лицемерии законников, которые даже неуважение к отцу и матери, оправдывают Законом.
И когда пришло время Иисусу умереть по Божьему плану, чтобы искупить грехи человеческие своею смертью и муками, тогда даже Пётр стал его уговаривать, не жертвовать собой, и тогда Иисус, который очень ценил свободу в Боге, сказал незадачливому Петру: «Отойди от меня Сатана, потому что ты думаешь не о том, что Божие, но что человеческое!»
Трагичность свободы выбора не пугали Иисуса, ибо это была свобода в Боге…
И Иисус поясняет ещё раз суть свободы в Боге, и хвалит книжника, который уразумел, что любить Бога: «всем сердцем и всем умом, и всею душою, и всею крепостию, и любить ближнего, как самого себя – есть больше всех всесожжений и жертв»
И Иисус похвалил разумного книжника и сказал: «Не далеко ты от Царства Божия»
В Нагорной проповеди, Иисус явил подлинную свободу Духа верующего в Бога, и объяснил суть своего учения, противостоящего, не только человеческим преданиям, но и Законам, превратно толкуемым, говоря в Евангелии от Луки, в главе шестой: «…любите врагов ваших, благотворите ненавидящих вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас. Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и отнимающему у тебя верхнюю одежду, не препятствуй взять и рубашку. Всякому просящему у тебя – дай, и от взявшего твоё, не требуй назад. И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними.
И если любите любящего вас, какая вам за то благодарность, ибо и грешники, любящих их, любят. Но вы любите врагов ваших, и благодарите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ к неблагодарным и злым.
Итак, будьте милосердны, как Отец ваш милосерд. Не судите и не будете судимы; не осуждайте и не будете осуждены; прощайте и прощены будете…»
Иисус говорил учение, в котором и которое содержит и состоит из Любви и Милосердия, противостоящим очень часто обыденному, «здравому» смыслу, вынесенному из рабского существования людей без Бога. Тем самым Иисус противостоял привычному рабству и тела и духа.
И показал он в этом учении, Сам свободный, дорогу к Храму, для свободных, в котором преображённые люди будут принижая себя, услужать другим. И жизнь станет похожа на Рай, где нет ни обид, ни злобы, ни мести. А есть взаимопонимание, взаимопрощение и любовь…
Иисус предстаёт свободным от ненависти и сильным в уважении к доброте, когда прощает людям и их алчность, и тщеславие и злые помыслы, относясь к ним, как к детям, которых надо научить отличать подлинное добро от зла, искренность от лицемерия…
И сравнивает Иисус своих последователей со строителями строящими дом на каменном основании, который будет стоять вечно, а тех кто противоречит ему, и удовлетворяет своему сластолюбивому, животному эгоизму – с людьми, строящему дом на песке. Подует ветер судьбы, нахлынут волны невзгод и дом этот рухнет.
Иисус учит, не быть любостяжательными, ибо жизнь человека не зависит от величины его имения. Ведь Бог говорит: «Безумный! В сию ночь, душу возьму твою у тебя! Кому же достанется то, что ты заготовил!.. Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет. Наипаче, ищите Царствия Божия, и это всё приложится вам…»
И ещё одно определение несвободы в Боге, описанное в Евангелии от Луки, в главе двенадцатой: «Раб же тот, который знал волю Господина своего и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много…»
И предсказал ещё Иисус борьбу за свободу в Боге: «Думаете ли вы, что я пришёл дать мир Земле? Нет, говорю вам, но разделение! Ибо отныне отец будет против сына, и сын против отца…»
И ещё, и ещё раз повторяет Иисус: «Если кто приходит ко мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены, и детей, и братьев, и сестёр, и притом и самой жизни своей, тот не может быть учеником Моим…
Так всякий из вас, кто не стремится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником…»
Здесь, Иисус говорит, что христианину, надо начиная жить праведно, отвергнуть рабство обыденности и привычки жить по старому, преодолеть привычки себялюбия и совершить революцию в своей душе и чувствах, прежде чем требовать этого же от других…
«Слышали всё это и фарисеи, которые были сребролюбивы, и они смеялись над Ним…»
Не так ли сегодня богачи, насмехаются над бедными людьми!?
Так и всегда: «Бог знает сердца ваши, ибо, что высоко у людей, то мерзость пред Богом» - так Иисус разъясняет смысл рабских привычек, мешающих идущим к Свободе в Боге…
В Евангелии от Иоанна, Иисус в главе третьей говорит Никодиму: «Рождённое от плоти – есть плоть, а рождённое от Духа – есть Дух. Не удивляйся, что я сказал тебе: «Должно вам родиться свыше…»
И далее поясняя, что такое Свобода в Боге, продолжает: «Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь откуда приходит и куда уходит. Так бывает со всяким, рождённым от Духа…»
Таким образом, верующий в Бога, ведомый Духом – свободен, и потому, является единым с Богом, отрицая связанность дурными человеческими традициями и клятвами. Только свободный в Боге не боится смерти телесной, ибо знает, что возродится в Духовном облике, в Царствии Небесном…
И говорил Иисус у колодца Иаковлева, в Самарии, женщине самаритянке, пришедшей за водой: «…поверь мне, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме, будете поклоняться Отцу. Вы не знаете, чему кланяетесь, а мы знаем, чему кланяемся. Ибо спасение от иудеев. Но настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники, будут поклоняться Отцу в Духе и в Истине, ибо таких поклонников отец ищет Себе. Бог есть Дух и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в Духе и Истине…»
И уже в Иерусалиме, поясняет Своим ученикам: «Если пребудете в слове Моём, то вы истинно Мои ученики. И познаете Истину, и Истина сделает вас свободными…»
Отвечали ему: «Мы семя Авраамово и не были рабами никому, никогда; как же ты говоришь. Сделайтесь свободными?»
Иисус отвечал им: «Истинно, истинно говорю вам: всякий делающий грех, есть раб греха. Но раб не пребывает в доме вечно: Сын пребывает вечно. Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете…»
И дальше Иисус обличает иудеев: «Почему вы не понимаете речи Моей? Потому, что не можете слышать слова Моего. Вам отец –Дьявол. И вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала, и не устоял в истине, ибо нет в нём истины. Когда говорит он ложь, то говорит своё, ибо он лжец и отец лжи!»
Известно, что поклонники лжи и Дьявола, Истине не верят и боятся Свободы в Боге, предаваясь следованию человеческих устроений…
После этих слов, иудеи хотели побить Иисуса камнями, но Иисус пройдя среди них, скрылся из храма и никто не посмел к нему прикоснуться…
Следуя учению Иисуса Христа, мы с любовью в сердце, готовы повторять за ним -подлинная свобода – это всегда Свобода в Боге. А свобода жить во грехе – это сатанинское наущение, которому следуют неверующие люди, возгордившиеся в своём эгоизме и следующие человеческим установлениям!..



Вина или обида...



... На экуменической конференции, вновь Владыка Серафим встретил англиканского священника Робина Гриффина и они поздоровались, уже как хорошие знакомые. Было видно, что Робин обрадовался новой возможности поговорить с Владыкой. А русскому епископу, тоже был интересен этот молодой, но глубокий и сосредоточенный на вере, священник.
Когда наступил большой перерыв, Владыка и Робин, после долгого неподвижного сидения, захотели размяться и вошли в большой парк, растянувшийся на несколько километров в самом центре города.
… Была весна… Деревья в парке издали напоминали серо-коричневую многоветвистую массу, уже готовую разродиться зелёной клейкой листвой.
Вишни, черешни и яблони покрылись розово-белыми цветами, но особенно выделялись на фоне безлистой растительности пышно цветущие магнолии, выпустившие свои нежные крупные цветы буйным фонтаном возродившейся нежно розовой плоти.
Любуясь на это праздник жизни, Владыка вздыхал и несколько раз повторил: - Как же прекрасна жизнь, когда она только начинает возрождаться и обещает вечный праздник и и нескончаемые радости даже уставшему человеку...
Обменявшись несколькими вежливыми фразами, собеседники, сели на лавочку под громадным платаном и Робин, спросил Владыку о том, что его интересовало в истории церкви в России: - Как случилось, что русская Православная Церковь подверглась таким гонениям после революции и чем объяснить непримиримость атеистов, возникших казалось бы из ниоткуда, в такой христианской стране, как России?
Владыка, внимательно глянул в глаза Робина, словно решая, поймёт ли он его объяснения правильно и не спеша, с остановками, подбирая нужные слова начал отвечать: - Меня часто спрашивают, чем объяснить обвинительный тон в речах молодых священников, особенно из «зарубежников», когда они говорят о «режиме большевиков», как о причине гонений на русскую церковь.
Я сознательно не говорю о старых священниках из карловацкого раскола, которые писали льстивые письма Гитлеру, призывая кару на головы россиян, «отпавших от веры».
Они ведь ненавидели не только Советский Союз, но и русскую православную церковь Московского патриархата. Во время войны, некоторые из них, откровенно сотрудничали с Гитлером и благословляли «немецкий меч возмездия». Я помню эту, ужаснувшую меня формулу из письма Митрополита Анастасия Гитлеру...
Владыка, ещё раз коротко глянул на Робина, словно проверяя, понимает ли он сложность поднятых вопросов. Потом, привычным движением поправил седеющие длинные волосы, какого-то серого света, от того, что совсем белые, седые пряди перемежевались с естественными, тёмными...
Более того, иногда, я думаю, что именно иерархи этих «раскольников», стали одной из причин нападения Гитлера на Советскую Россию. Как кажется, они его старались уверить в том, что стоит только немецким войскам перейти границу СССР, как бросив оружие, все жители России пойдут немцам навстречу с хлебом – солью.
Возможно, где-то так и было – воистину слаб человек. Более того, я знаю случай, когда, как рассказывал участник той войны, один из моих стареньких прихожан, жители деревни на Украине, вышли встречать гитлеровцев с хлебом - солью на цветастом рушнике...
-Этот прихожанин рассказывал дальше, что командир их отступавшей батареи, следивший за происходящим в бинокль, с ближайшего холма, приказал развернуть орудия и последние снаряды накрыли, как гитлеровских мотоциклистов, так и встречающих их поселян. За это, молодого командира судили и отправили в штрафбат...
Предательств и в той войне было много, как много было и сдававшихся в плен. Но значительно больше было людей, которые не сдавались и погибали. Самое страшное, для будущей жизни после войны, было то, что погибали молодые, самые смелые и наверное самые талантливые...
Другой прихожанин мне рассказывал, что ушёл на фронт добровольцем, окончил офицерские курсы и попал на фронт. Он рассказывал, что молодых лейтенантов убивали через несколько дней после попадания на передовую, потому что им надо было поднимать в атаку бойцов, часто только с пистолетом в руках, чтобы показать другим, что они смерти не боятся...
Война в России, была совсем другая война, чем во Франции. Французы, решив, что сопротивление бесполезно, сдались, тем самым сохранив несколько поколений своих людей. А в России шла битва за выживание и потому ожесточение было чудовищное. И русский человек, совсем другой чем француз или англичанин. Для него родина значит больше чем просто место проживания.
А Гитлер и коллаборационисты, когда напали на Советский Союз надеялись на блицкриг, думали, что всё будет как в «цивилизованной» Европе и при первых проигранных больших поражениях, Советский Союз рухнет.
Конечно это не было так и не могло быть так. Я сам, русский человек, которому в юности внушали, что рано или поздно, мы должны будем вернуться и освободить Россию от большевиков...
Но как только я услышал о нападении Гитлера на Советский Союз, у меня в душе поднялась целая буря чувств. Если бы была возможность, то я бы пробрался туда, на мою родину, чтобы защищать её от захватчиков в рядах Советской Армии.
Все большие и малые обиды на страну, на мой народ, сразу испарились. А ведь нам изгнанным из нашей России, было очень трудно простить эту обиду...
Владыка, вспомнив о тех переживаниях, невольно задышал часто и немного побледнел, но потом, оправившись от нахлынувших воспоминаний, продолжил: - Надо же настолько ненавидеть свой народ, своих единоверцев-христиан, чтобы на это пойти...
Но очевидно, что они, - те из эмиграции, кто прислуживал Гитлеру, так и не осознали своей вины перед русским народом и перед самим Иисусом Христом...
Владыка ещё раз глянул на молодого англичанина и заметил: - Я стараюсь об этом не говорить с русскими священниками, потому что они сами, вольно или чаще невольно, стали носителями таких взглядов. Видимо, в жизни чувствовать себя обиженным, всегда кажется более достойным, нежели сознавать свою вину и каяться, чтобы катастрофы не повторилось в будущем...
Но сегодня, эта идеологическая, не христианская линия, в моде на пространствах бывшей Советской России. Наверное поэтому и многие иерархи проклинают «режим большевиков», забывая, что революцию и в Гражданскую войну поддержало большинство русского народа. Иначе «красные», эту войну не выиграли бы.
Об этом и Патриарх Тихон говорил, уже через несколько лет после революции, когда встречался с простыми людьми на улице и говорил с ними. Большинство ведь на улицах - люди простые...
Вы как историки, понимаете значение закона больших чисел в истории каждой цивилизации. А в Советском Союзе, на мой взгляд, со временем сформировалась настоящая цивилизация: со своей идеологией, списанной с Нового Завета, со своими, по своему христианскими требования равенства, свободы и справедливости для того большинства, которое Иисус Христос называл «нищими духом»...
Я помню, одного русского эмигранта во Франции, который при царе служил в дипломатическом корпусе, а после Гражданской войны, попал в Париж, и несмотря на свои университеты — он был очень образованный человек, знал много языков, - пошёл работать на фабрику, простым рабочим. Он жил очень одиноко и стал очень религиозным человеком. Он говорил мне, когда я расспрашивал его о прежней жизни, что именно богатые, образованные и знатные привели к революции в России. И он, словно за всех таких, извиняясь, тихо молился у себя в каморке и так же тихо умер, в отчаянии и одиночестве...
Мне, тогда, его смирение было непонятно, и только став старше и даже старым, я начал понимать, что мы ответственны пред теми, кого мы заставляем работать на себя...
Владыка, помолчал, глядя в одну точку, словно увидел того человека и потом, прервав молчание продолжил: - Вот поэтому, с возрастом и я начинаю понимать эту загадочную истину, которая гласит, что без соизволения Бога, ничего не происходит в мире, - ни хорошего, ни плохого.
И в этом нет никакого фатализма. Мне кажется, что это просто проявление законов биологической, высокоорганизованной материи...
...Робин, услышав это из уст старого священника, не удивился — он знал, что Владыка, ещё перед войной, окончил медицинский факультет и успел, во время последней мировой войны послужить в армии и поработать врачом...
А Владыка Серафим ещё помолчал, вглядываясь в ярко освещённый весенним солнцем парк, близкий лесистый горизонт, за которым, кое-где проглядывали жилые кварталы большого красивого города...
- А сегодня, в России, особенно среди молодых политиков, возобладало чувство обиды, если не мести — а это грех неверия во всесилие Божие...
И такое отношение к народной российской истории, - Владыка при этих словах сокрушённо вздохнул - до сих пор сохраняется не только у политиков, но и у церковных деятелей.
А это ведь идеология, во многом схожая с идеологией французских коллаборационистов, сотрудничавших с нацистами.
Мне пришлось поучаствовать в движении сопротивления и я, иногда рисковал если не быть расстрелянным на месте, то попасть в концентрационный лагерь. А они, прислуживая Гитлеру жили неплохо...
Я, где-то читал, что в Германии, Гитлер выстроил церковь для «зарубежников». Так они благодарственные молебны по нему служили, чуть ли не святым его называли. Конечно, это делали те, кто руководил расколом, но так всегда и бывает. Есть такая поговорка: «Враг вашего врага – ваш друг». Поэтому наверное «главные» в карловацком расколе, так заискивали перед фюрером немецкой нации...
Владыка горестно вздохнул и закончил волнующую его и сегодня, тему: - Франция была оккупирована Гитлером в течении нескольких лет, и если бы не победы Советской Армии и её союзников, не те громадные жертвы, прежде всего человеческие, то наверное все бы примирилась с нацизмом, привыкли к неволе. Ведь человек, ко многому привыкает, и к несвободе, в том числе...
Владыка надолго умолк, погружённый в воспоминания, и в какой-то момент, прервав молчание продолжил разговор, правда сменив тему.
- Я помню, как после приезда в этот город, пошёл знакомится с местным священником из зарубежников, и как он, сверкнув глазами на меня почти завопил – Изиди, сатана! Он уже знал, что я твёрдо стою за Московскую патриархию. Это было ещё при Советском Союзе — пояснил он коротко...
… В них, - продолжил Владыка - то есть в тех, кто выступал тогда и выступает сегодня против русской православной церкви Московского патриархата, и против её верного служению русскому народу во время войны, срабатывает известный синдром малодушного человека...
Тогда, Советская Россия спасла не только свой народ, но и народы и государства Европы. А Красную Армию, если и не любили, то уважали. Ведь все понимали, что если бы не миллионы погибших со стороны России в войне с нацизмом, то столько же людей погибли бы заа свою свободу во всех странах-союзниках. Поэтому и уважали...
А сегодня, из России, снова делают пугало, потому что все, кто помнит эту кровопролитную победу – уже умерли, а молодым кажется, что так и должно было быть.
Есть уже люди, и часто это молодые, которые ничего не знают даже о недавнем прошлом, да и знать не хотят. А те, кто воевал на стороне Гитлера, часто изображают из себя патриотов, называя советских солдат, оккупантами...
Давно известно, что нераскаявшийся предатель, ненавидит свою жертву, и чем подлее было предательство, тем ожесточеннее эта ненависть. Об этом, ещё Достоевский с большой горечью писал...
Владыка, устало потёр пальцами усталые глаза, задумался и подводя черту под сказанным, подытожил: - Думаю, что и Иисус Христос, наверное не только бы осудил, таких служителей – человеконенавистников, но и изгнал бы их из церкви, как в свое время изгонял, фарисеев и книжников, говоря: «О фарисеи – лицемеры, змеиное отродье!»
Иисус был добр и кроток, но не терпел хитрых фарисеев и книжников, за их фальшивую веру напоказ. Такое предательство веры, в нестойких, против жизненных соблазнов, душах, часто хуже прямого перехода на сторону врагов Христа. Наверное, так и вели себя те, кто приговорил Спасителя к мучительной казни на кресте...
Робин, слушал этот монолог Владыки, затаив дыхание. После таких бескомпромиссных высказываний этого русского старца, он, кажется начинал понимать трагедию русской истории...
А Владыка, после небольшой паузы, продолжил: - Я, часто думаю, что сегодня, вместо покаяния за свою вину, люди уличённые в предательстве выращивают обиду на гонителей, чтобы оправдать себя и запутать молодых...
К несчастью, во многом им это удается. Однако я верю и знаю, что без произволения Божиего, ни один волос с головы истинно верующего не упадёт! Другое дело, что само по себе христианство, это вера человека страдающего от всего несовершенства мира. Поэтому эта вера и противостоит инстинктивному, животному существованию...
А обида, сама по себе, способна только разрушать и отношения человеческие и строительство жизни, как таковой.
В призывах Иисуса Христа к всепрощению, как мне кажется, отразилось это понимание разрушительности человеческой обиды и мести...
Тут, можно привести такой пример: когда простые люди дерутся, то они бывают жестоки и злы. Но вот драка кончилась и они избитые, могут и обняться. Их, словно объединяет эта взаимно пролитая кровь и синяки с порезами. Может быть поэтому, сегодня, в Европе, отношения у России с Германией, намного лучше, чем даже с теми, кто были союзниками в Великой войне...
… А после революции, конечно были гонения, против богатых и даже Церкви – Владыка помолчал и тяжело вздохнул: - Но на это, наверное была воля Божия. Причин мы никогда не узнаем, но видимо, что то было не так, в той Церкви, за что Бог и попустил эти гонения...
Другой причины, я не вижу, да и трудно гадать об этом. Ведь много хороших людей погибло, а среди них были и настоящие верующие. Но кажется, такова судьба верующего в Христа человека — платить своей жизнью, часто и за те грехи, которые он сам не совершал...
Владыка помолчал ещё и искоса глянув на Робина — понимает ли тот его?
- В мире существуют трагические закономерности жизни, о которых не говорят, но которые подразумеваются, особенно в среде политиков. Речь идёт об ответственности человеческих общностей, таких как религиозные конфессии или даже нации государства за действия отдельных групп или даже отдельных личностей...
Иерусалим был разрушен, евреев гнали многие столетия и последние страшные гонения, произошли уже на нашей памяти.
Гитлер ведь объединил немцев, найдя виноватого во всех германских бедах. Во многом, потому что «они распяли Христа». Но ведь Иисус из Назарета был рождён еврейкой. Об этом тоже нельзя забывать.
Я помню, как во время войны, Сталин был героем-спасителем мира. А сегодня его пытаются приравнять к Гитлеру. Говорят, раз Сталин был тиран, то и советский народ виноват в его тирании...
Владыка вздохнул и продолжил: - Сегодня, Америка воюет в Ираке и Афганистане. Говорят они ищут Усаму Бен-Ладена. Но причём тут народы этих стран?
Иисус Христос говорил: «Любите не только друзей ваших, но и врагов ваших» Он понимал, что только прощение грешников, может прервать замкнутый круг обид, ненависти и мести...
Иногда, мне кажется, что мир принял Спасителя, но не понял и не хочет до конца понять его божественную мудрость, которая стоит над всеми народами, над всей человеческой историей...
После этого высказывания, Владыка долго молчал и сидел понурившись. Плечи его опустились, спина сгорбилась и Робину стало заметно, что с ним разговаривает уже пожилой, и может быть больной человек...
Передохнув, Владыка Серафим продолжил свой монолог-размышление...
- Некоторые священники сегодня устремляются в политику, надеясь там найти поле для своей христианской работы.
Мне бы хотелось предостеречь таких служителей. Ведь мы знаем, что нет Евангелия общественно-политической правды. Иисус Христос ведь твёрдо заявлял: «Царствие Моё, не от мира сего...»
По отношению к политическим и даже общественным темам, в Евангелиях нет ясного и однозначного мнения. Основная задача Евангелия, - как мне кажется – это закладка религиозного человеческого характера и воспитание, развитие внутренней жизни...
Христос, нам ясно говорил, что «Царствие Божие, внутри нас...». Из этого мы и должны исходить...
Человек в одиночку, отдельно от всех близких и друзей, в жизни, предстоит перед судом совести, а после смерти и перед судом Божиим! И тут встаёт вопрос - может ли Церковь судить человека, и даже наказывать его, прежде чем его осудит Спаситель на Страшном Суде? Церковь ведь проповедует, что мы должны жизни за друга положить, то есть защищать друзей всемерно.
Но она и проповедует, тоже словами Христа: «Кто в руки меч возьмёт, тот от меча и погибнет». Поэтому естественно спросить, может ли она проповедовать и поддерживать насилие в той или иной форме?
Робин слушал молча и старался следовать логике размышлений Владыки, понимая, что это давно и долго обдумываемые мысли и положения, которые касаются не только самой веры, но и реальной жизни, которая проходит вокруг нас, внутри нас...
Не обратив внимания на долгую паузу, словно не заметив тягучего молчания, Владыка продолжил так, словно он разговаривал с самим собой: - Я думаю, нет! Как церковь, как сообщество верующих, телом которой является Сам Иисус Христос, не может! Но вместе с тем, отдельные её члены, по сугубому суду своей совести, могут быть вовлечены в борьбу, в том числе в революционную борьбу. Потому что сердце человеческое, и сердца верующих людей в том числе, часто не выдерживает неправды, несправедливости мира. А правда и справедливость – это тот же закон Божий, такая понятная форма человеческой любви...
Бороться за свои права иногда может быть и не очень благородно: такая борьба может выражать и жадность и желание власти. Но бороться за права других – долг человека. И вот здесь, наше представление о справедливости, постоянно двоится. Иногда мы видим борцов за права человека, которые даже очень неплохо живут, получая за эту «борьбу», и деньги приличные, и славу и даже определённую власть. И тут надо очень хорошо отличать подлинного борца от приспособленца и не давать себя обманывать разного рода нечестным людям...
Владыка поднял голову и тихо улыбнувшись, посмотрел на своего собеседника, а точнее слушателя: - Я вас наверное утомил уже своими сентенциями?
Робин чуть поклонился Владыке: - Спасибо вам, что вы мне об этом говорите. Я ведь тоже обо всём этом часто думаю. И потому, ваши размышления, как бы открывают в моей голове, всё новые и новые горизонты мысли...
Владыка постарался выпрямить плечи и улыбнувшись своей тихой улыбкой, спросил: - Ну я тогда продолжу? Мне ведь тоже, редко попадают такие серьёзные слушатели...
Он сосредоточенно, долго, молча смотрел перед собой, а потом продолжил с того места, на котором прервался: - И тут, мы видим внешнее воздействие Сатаны, выступающего в форме человеческого эгоизма, прикрывающегося красивыми словами. Часто, такие люди становятся жертвами хитрости дьявола. Человек не отвернулся бы вольной волей от любви к ближнему, не будь он обманут. Мы знаем из Библии, что Сатана есть враг, тот кто лжёт искусно и привычно. Он, лжец по существу!
Но он ведь не только обманщик, но и тот, кто убивает...
Трагедия лжи, не заключается только в том, что наше познание неточно, и тем самым неточно всё наше отношение к вещам. Трагедия лжи заключается, в том, что паутина лжи создаёт нереальный мир, мир, который не существует, куда попав, жертве лжи остается только умереть, потому что жить можно только лишь причастием к реальности и участием в реальной жизни.
Но чем больше мы уходим в нереальность созданную ложью, тем больше мы усугубляем ситуацию, в которой не может быть жизни, - только смерть...
И для того, чтобы быть действенной, ложь должна представляться видимостью реальности, видимостью правды...
В этом противостоянии реальной жизни и жизни выдуманной, в противостоянии правды и лжи, похожей на правду – вся сложность и неоднозначность драмы нашей жизни. Другой вопрос, что эта драма нами не осознаётся до поры - до времени — её заслоняет рутина обыденного существования...

… Тут Владыка спохватившись, глянул на часы и в притворном страхе всплеснул руками: - А ведь мы с вами опаздываем на очередную дискуссию. Нам надо быстро возвращаться. Да ещё и извиняться перед собравшимися...
И они заспешили к выходу из парка, уже не обращая внимания на весенние красоты. Владыка шёл впереди, чуть прихрамывая на правую ногу. Но и в быстрой походке и в прямой ровной осанке чувствовался человек старой школы воспитания...




Рутина жизни




Жизнь Владыки, надолго вошла в проторенную колею. Службы в соборе были только частью его церковного служения. Много времени занимали выступления на богословских конференциях и особенно беседы на местном радио, в которых Владыка старался объяснять и рассказывать не только о принципах и догматах христианской веры, о жизни и трагической смерти Спасителя на кресте. Говорил он и о том, как вера соотносится с реальной жизнью, с обыденностью, в которой, часто, трудно сохранить свою совесть незапятнанной и тем самым не предать самого имени — христианин…
Его выступлений по радио, ждали тысячи и тысячи слушателей во многих странах Европы и мира. Но конечно, главными вступлениями были проповеди — иначе это никто и не называл — на русском языке. На радио тоже дорожили таким ведущим, потому что по рейтингу, он привычно занимал первые места среди всех комментаторов.
Владыка, когда готовился к выступлениям, вначале писал план его, потом основные тезисы, а остальное, уже было в его голове, а точнее в его душе, переполненной раздумьями, а иногда и мучительными сомненьями, которыми он и хотел поделиться с невидимыми слушателями.
Каждый раз, садясь за стол с микрофоном, он очень явственно представлял себя стоящим в церкви, перед многочисленными верующими ждущими от него праведного слова и верящими ему как своему духовнику. И когда он это видел перед внутренним взором, то успокаивался и беседа-проповедь текла легко и свободно.
Многие его знакомые из высшего клира и священники во всех концах Московской Патриархии, говорили о нем, что Владыке Серафиму дана Божья благодать устного слова, благодать церковной проповеди.
А Владыка, помня притчу рассказанную Иисусом о использовании талантов, старался не скрывать эту своею чудесную способность говорить и рассказывать сложные вещи простым и сильным языком, и часто выступал перед разного рода аудиториями.
В интимных беседах, он говорил, что видит свою жизненную задачу в том, чтобы рассказывать людям о христианстве и о жизни нашего Спасителя.
И каждый раз, начиная проповедь, он чувствовал, как в душе поднимается волна вдохновения, а в уме, оживали картины того, о чём он рассказывает.
На слушателей и зрителей, это производило сильное, почти магическое впечатление и многие послушав Владыку Серафима хотя бы раз, тянулись к нему, хотели слушать и слышать его чудесные истории о подвижниках веры и через время, приходили в церковь с просьбой помочь им стать такими же христианами, каким им показался и на самом деле был Владыка...




Старость



А годы жизни Владыки всё шли и шли, складываясь в десятилетия. Вот стало ему шестьдесят. Потом семьдесят и незаметно, бытование подошло к восьмидесяти. И в его всегда собранной подтянутой фигуре проявились черты старения.
Плечи незаметно, год за годом клонились к низу. Доброе и улыбчивое лицо, со временем изрезали морщины. И борода, некогда густая и блестяще-чёрная, поредела и поседела. Голос стал хриплым и прерывистым, но когда он говорил с людьми, то преображался и казалось молодел на глазах.
Уже после семидесяти, несмотря на скромную диету, начались проблемы с желудком. Но главное, в стареющее тело пришла боль. Суставы ныли и болели, когда он уставал, после длинных прогулок. Сердце начинало биться и ворочаться в груди, после самой пустячной нагрузки. И все время хотелось полежать, чтобы не чувствовать этой изнуряющей боли во всем теле.
О происходящем с его стареющим телом он никому не рассказывал, но близкие люди и внимательные прихожане начинали понимать, что годы не щадят и любимого Владыку!
…Всё чаще, сидя у себя в квартирке на задах храма, Владыка задумывался о преемнике и начал подыскивать себе подходящего молодого священника, исподволь расспрашивая и узнавая характеры и глубину мыслей и поступков многих своих знакомых, как у себя в епархии, так и в России, где он бывал довольно часто, особенно последнее время.

На одной из встреч московской верующей интеллигенции, Владыка, как всегда сидя в центре кружка внимательно слушающих людей заметил молодого священника, в старенькой рясе. Который смотрен и слушал не замечая ничего вокруг себя. В конце беседы, как всегда были вопросы. И этот священник смущаясь спросил Владыку, как можно стать проповедником, которого люди будут не только слушать, но и понимать о чём он говорит?
Знаете — начал Владыка — я когда говорил первые проповеди, то очень смущался. И слова с языка слетали какие-то неловкие и начав, я часто не знал, как продолжить тему.
Но вот однажды, я так переживал, что в середине проповеди, вдруг перестал думать о том как меня видят и воспринимают окружавшие меня прихожане.
И получилось так, что слова полились из меня сами собой и мысли шли ровным и последовательным строем.
И тогда, я. понял, что надо во время проповеди отпускать на волю свои мысли, а голова, и наверное больше сердце, найдут нужные слова.
Ведь мы же годами, десятилетиями учимся, читаем книжки, обдумываем многие вещи в голове. И всё это в нас есть, то есть остаётся. И вот когда расслабляешься, то всё накопленное за эти годы, выходит само собой.
Владыка посмотрел на смущённого священника и закончил: «Вот и вы попробуйте так сделать. И я уверен что у вас получится...
После этой беседы, Владыка однажды встретил молодого священника в Даниловом монастыре, поговорил с ним и увидел, что это возрастающий талант, глубокая и молодая душа, нового поколения верующих, которые пришли в церковь уже после университетов и которые несут в себе глубину нового понимания и Библии, и современной жизни.
И вот тогда-то и решил Владыка Серафим пригласить отца Антония, под таким именем был пострижен этот священник.
И уже позже, на встрече с Патриархом, Владыка Серафим, попросил Его Святейшество отпустить Священника Антония, к нему в епархию, викарием. И Патриарх дал согласие. Он тоже знал молодого клирика и тоже заметил в нём и глубокий ум, и крепкую цельную веру...



Беседа о смерти.



В трапезной церкви проходила очередная беседа Владыки. Когда народ собирался, Владыка выходил из своей маленькой квартирки, вход в которую был через трапезную и поклонившись притихшей аудитории, проходил к столу и садился лицом к присутствующим.
И начиналась беседа...
- Сегодня, я хочу побеседовать о смерти человеческой и об отношении к ней каждого из нас. Я помню из учебника логики, силлогизм, доказывающий смертность каждого, любого из нас. Там было написано приблизительно так: «Кай человек... Все люди смертны. Значит Кай тоже умрёт...».
Тогда мне было лет двадцать и понимая умом, что я тоже как все люди смертен, не верил, что тоже умру. Более того, я даже не верил в то, что я когда-нибудь стану старым. Смерти я не боялся, ещё и потому, что не хотел жить долго. Вокруг, было так много смертей, а это было во время большой войны и потому в достижение хотя бы шестидесяти лет, верилось с трудом. Да может быть и не очень хотелось жить долго. Думаю, что это был обычный юношеский максимализм...
И вот сегодня, как то странно сознавать что мне уже далеко за семьдесят, а жизнь начинает нравиться всё больше и больше...
Владыка весело рассмеялся и слушатели тоже заулыбались, видя добродушное веселье этого открытого и оптимистически настроенного человека. Этим Владыка Серафим привлекал самых мрачных своих прихожан.
В отличии от многих и многих православных иерархов, он любил юмор и часто подшучивал сам над собой. Его простота подкупала и заставляла многих пересмотреть свои взгляды на православие, как на веру с грустными корнями...
- Конечно я видел стариков вокруг, и даже много стариков. Но поверить, что когда-то и у меня выпадут волосы и в оставшихся появится седина, что лицо моё станет морщинистым, как печёное яблоко, я не мог...
Владыка этим замечанием ещё раз вызвал улыбку на лицах прихожан.
- И вот прошли годы и я вдруг начинаю осознавать, правда очень медленно, что я становлюсь всё ближе к смерти, и уже начинаю верить в то, что я стал старым человеком…
И тут, мне вспоминается латинская поговорка: «Никто не стар настолько, чтобы не верить, что он проживёт ещё хотя бы один год»
Вот и я сегодня, утешаю себя тем, что умру не завтра и потому ещё остаётся много времени, чтобы радоваться жизни, думать, разговаривать с людьми, вспоминать свою прошлую молодую и часто бестолковую, а иногда и грешную жизнь.
И вот тут приходят в голову разные сожаления об упущенных возможностях не только саморазвития, но прежде всего о потерянных напрасно годах, за которые можно было помочь многим людям почувствовать себя более счастливыми и более нужными для других...
Конечно, смерть многих пугает, но тут надо вспомнить о смерти и страданиях Иисуса Христа на кресте и о его добровольной жертве, за ради спасения людей от их грехов и прошлых и будущих.
И вот тут, для нас открывается, как мне кажется, смысл нашего существования, как верующих людей. Раз уж Господь пожертвовал своей бесценной жизнью, за ради нас грешников, то нам пытающихся верить и жить по Его Новому Завету, нужно последовать
Его примеру и взять на себя тяготы не только своей жизни, но и тяготы, хотя бы самых близких людей, которые нас окружают. И тогда, это наполнит нашу жизнь смыслом, и даже смерть в этом случае, не будет нас пугать. Потому что мы будем сознавать что не даром прожили свои жизни...
Мне часто задают вопросы, почему мы должны страдать и ограничивать себя, когда вокруг видим много людей, которые хотят и имеют много денег и живя в роскоши, думают только о себе или о «своих». Ведь сегодня, это основной пропагандистский «тренд» в светских, а иногда даже и в церковных СМИ.
Я недавно прочитал материал в газете, где священник, чуть ли не с гордостью говорит, что раньше церковный клир был привилегированным сословием и ездил в каретах. Это он оправдывает то, что нынешние батюшки на «Лексусах» да на «Мерседесах» разъезжают, да ещё и в сопровождении «денщика» - водителя, то есть личного дьякона. Думаю, что обычному христианину, такое отношение к священству кажется диким...
Владыка сделал паузу, отпил несколько глотков воды и поставив стакан на стол, продолжил:
- Тут то, мы и должны вспомнить о том, что мы верующие, мы христиане и должны и можем жить не только для себя и близких, но и для тех, кто для нас являются дальними.
Иисус Христос Говорил: «Возлюби ближнего, как себя самого»
И говоря это, Он имел ввиду не только нашу родню и друзей, но именно тех людей, которые нас окружают в жизни вообще. И конечно, прежде всего тех, кто вместе с нами верует и поклоняется Господу нашему, Иисусу Христу, который возлюбил всех человеков так, что жизнь свою отдал на их благо...




Неожиданные неприятности




… И вот, Наконец в Епархию приехал молодой «избранник» Владыки, отец Антоний. Это был невысокого роста, тихий и уравновешенный юноша, чрезвычайно талантливый и одарённый глубоким умом и чутким сердцем.
Владыка встретил его ласково и постарался помочь ему вжиться в новые условия и сблизиться с паствой, да и другими священниками.
Однако насколько благожелательно встретил его Владыка, настолько же трудно молодому священнику было сойтись с остальными клириками, не только в главном храме, но и в епархии вообще.
Близость Владыки с некоторыми прихожанами, эта церковная «элита», воспринимала как особую привилегию. Чисто по человечески получалось, что «избранные», в ответ на свою веру в Пастыря, требовали от него признания своих заслуг, в такой бескомпромиссной вере в него.
Невольно, получилось, что эти «приближённые», веровали больше во Владыку, чем даже в самого Иисуса Христа. И вот поверив, что они стали новыми «апостолами», подвижниками, при непризнанном ещё святом, они, совсем как первоапостолы, стали делить места рядом с Владыкой.
И особенно продвинулся в этой вере, один англичанин, бывший армейский офицер, который пришёл в православие через проповеди Владыки, и который на какое -то время забыл обо всем в своей жизни, кроме следования во всём своему Учителю, то есть Владыке.
И все отметили его самоотверженность и признали за ним право «наследования» и готовились, уже не сомневаясь, что именно отец Джон, станет преемником Владыки, когда он уйдёт на покой.
Сам Владыка, занятый и не имеющий время для разбора отношений к себе и между собой своих почитателей, многого из говоренного за его спиной не знал.
К тому же, Владыка стал последнее время болеть и постоянная одышка уже мешала ему говорить подолгу и без перерывов. И в какой то момент, он понял, что у него в лёгких идет воспалительный процесс, а посоветовавшись с знакомым доктором, он почти наверняка определил, что у него начался рак лёгких.
Но своих напряжённых занятий и выступлений Владыка до последнего не прерывал и потому, в потоке этой напряжённой жизни не увидел, как его почитатели уже и его наследство поделили!
А старостой в приходе, была, уже на протяжении многих лет, одна из его первых почитательниц, Мила Струве, помнящая Владыку ещё в те времена, когда он только приехал и вступил на приход. И она, выходец из знатной чиновной семьи обрусевших немцев, уехавших сюда ещё до русской революции, не могла допустить, чтобы этот «невежественный, суеверный сброд», ставший, в некогда благополучном приходе большинством, встал наравне с основными носителями духа этого прихода, с избранными «старейшинами».
Она, как женщина с характером, взялась организовывать оппозицию новому викарию, к тому же ни о чём, по своей наивности, не подозревавшем. Ему казалось, что раз это приход русской православной Московской патриархии, то и основными носителями духа здесь должны быть русские люди...
Надо сказать, что со временем из России в этот благоустроенный европейский город стали приезжать из России, те, кто побогаче и посмелее. Были среди них и те, кто приезжал с какими-то научными целями, а потом соблазнившись благообразием и богатством местной жизни, остался здесь навсегда.
Таким образом, приход разросся и невольно поделился на «старых» и «новых» прихожан. Старые, считали себя «гвардией» Владыки и потому начали показывать «понаехавшим», кто в храме хозяин!
Так невольно получилось, что прикрываясь именем Владыки, старые прихожане, ещё из детей первой волны эмиграции, из бывших аристократических и буржуазных семей России, начали незаметную войну с «новыми русскими». Ну а те, наученные пережитыми в отечестве бедами и скандалами, себя в обиду не давали.
А Владыка, занятый своей болезнью, своими, не оставляющими свободного времени обязанностями, не заметил назревающих разногласий. Тем более, что по привычке, общаясь с старыми прихожанами и слушая их жалобы на «непросвещённых» неофитов, у него сложилось мнение, что действительно, приход надо разделять, и тем самым сохранять ту, особенную дружественную атмосферу самоуважение и его почитания, чем со временем, стала отличаться эта зарубежная епархия, от всех существующих в «метрополии».
И вот, приезд нового викария, послужил той искрой, которая и взорвала хрупкий мир, а точнее, молчаливое несогласие двух половин прихода, приняло вид необъявленной войны.
Отец Джон, чувствуя себя уязвлённым, стал собирать вокруг себя недовольных новыми прихожанами, а молодой викарий, невольно стал знаменем недавних, новых русских прихожан.
И вот мирная и спокойная жизнь прихода нарушилась. Отец Джон, встречаясь с Владыкой, постоянно докладывал ему о тех новшествах, которые молодой викарий, только ещё собирался делать. А может быть просто, где-то, не следя за своим разговорами, обмолвился в присутствии Отца Джона.
Естественно, весь церковный актив состоял из старых русских и местных клириков и прихожан. И однажды, так получилось, что Отцу Антонию, не выплатили жалованье, вначале за один, а потом и за второй месяц. Казначей мотивировал это нехваткой денег в казне.
Узнав об этом, «новорусская» часть прихода, уговорила Отца Антония поговорить с Владыкой об этих деньгах.
В последние дни, перед этим разговором, Владыка чувствовал себя совсем плохо — постоянная боль в левом подреберье не давала сосредоточится. Так что этот разговор о деньгах, был очень некстати. И во время разговора, Владыка сорвался, и стал говорить, что любые мысли о деньгах в его приходе совершенно неуместны.
Отец Антоний, впервые видел Владыку таким невнимательным и раздражённым и не зная о физических немощах Владыки, он обиделся и попросил его отпустить в Россию.
Узнав об этом разговоре старые русские обрадовались и под всеми предлогами стали уговаривать Владыку, не только изгнать неудачника-викария, но и поставить на его место «преданного» Отца Джона.
После размолвки и отзыва Антония, Владыка снова стал искать себе замену среди своих учеников в епархии. И его внимание, вновь привлёк священник, Отец Джон, обладающий незаурядным богословским умом и всячески подчёркивающий свою любовь и уважение к Владыке...
...Скандал, с присланным из метрополии Антонием, разделил приход на две неравные части. Те, кто считал себя элитой прихода и первоучениками Владыки, стали с пренебрежением относиться и отзываться о «понаехавших».
А потом, это пренебрежение стало копиться и превратилось в агрессивное презрение.
В свою очередь, большая часть прихода, в основном русскоязычные прихожане недавно приехавшие в эту страну, стали собираться и обсуждать это презрительное отношение «избранных» к себе...
Долгое время, Владыка не знал об этих трениях, переходящих иногда в открытые перепалки и ссоры.
К тому времени, Владыка стал чувствовать себя всё хуже и хуже. Дыхание стало хриплым и прерывистым. В правой части груди постоянно возникала боль, которая иногда не проходила часами. К тому же Владыка резко похудел и у него усилились боли в суставах.
Всё чаще сосредоточенно вглядываясь в себя, анализируя симптомы болезни, Владыка приходил к выводу, что у него начался воспалительный процесс в лёгких. Он знал также, что это предвестник раковой опухоли. И однажды, уяснив это окончательно, стал готовиться к скорой смерти.

Но приход, воспользовавшись временным отсутствием Владыки, уже бурлил обоюдным негодованием, порождаемым слухами и сплетнями. Нигде, так быстро не распространяются домыслы, как в замкнутых общинах. Всегда среди прихожан найдётся авторитетный сплетник, который и подогревает раздоры.
Владыка, невольно становился объектом преувеличенного внимания со стороны своих старых учеников и возрастающим недоверием среди новых русских.
А Мила Струве, стала сговариваться с Отцом Джоном, в случае смерти Владыки, а лучше ещё при жизни и под его покровительством, уйти под омофор Константинополя...
Наконец, на очередном собрании прихода, за спиной Владыки созрел заговор, о котором объявила его давняя прихожанка и почитательница.
Владыка, присутствовал в этот день на собрании и сидел в президиуме, задумавшись. Но когда Мила стала говорить о том, что приехавшие за последние годы прихожане, должны отделиться и искать себе новую церковь и вызывать новых батюшек из России, Владыка встрепенулся, и стал слушать внимательно.
И не дослушав до конца он, вдруг, с горестным вздохом склонился к столу и потерял сознание…
Владыка Серафим, несмотря на мягкость и доброту в отношениях с прихожанами всегда был не только формальным пастырем, в начале в приходе, а потом и в епархии, но и настоящим лидером, который при случае, мог и наказать, и одёрнуть зазнавшегося прихожанина.
А тут, он, вслушавшись, вдруг начал понимать, что за него уже всё решил актив «старых» прихожан, во главе с кем-то из священников. И понимание этого, уже неуправляемого процесса саморазрушения прихода, внезапно сильно взволновало его, ударило прямо в сердце!
Увидев, что Владыке плохо, собрание прервали, вызвали скорую и Владыку увезли в госпиталь, а после осмотра и консилиума, определили, что ему осталось жить несколько месяцев; процесс в лёгких зашёл слишком далеко.
И так Владыка оказался в хосписе, где под наблюдением врачей стал готовить себя к смерти!





Владыка в хосписе.



К Владыке, в хоспис, зашёл один из его почитателей - прихожан. Он испуганно озирался на белые халаты медсестёр и нянечек, подозрительно принюхивался, словно хотел найти доказательства, что в этом здании и в этом помещении люди умирают заживо и могут сделать это прямо в его присутствии...
Владыка, поздоровавшись, пригласил его сесть за маленький столик в палате, а сам, запахнувшись в халат сел напротив, тяжело дыша и промокая холодный пот со лба, бумажной салфеткой.
Он старался не делать этого громко – у него был постоянный озноб, часто переходящий в жар и потому, он, то не мог согреться даже под толстым одеялом, а то потел и хотел холода и одиночества...
Посетитель, - его звали Илья Иванович, - с тревогой вглядывался в лицо Владыки Серафима, и вздрагивал при малейшем постороннем звуке.
Из дальней палаты, вдруг раздались гортанные крики и потом раздался сумасшедший хохот.
Илья Иванович чуть не вскочил со стула, но Владыка, успокаивая его, улыбнувшись впалым ртом с тёмными, потрескавшимися губами, проговорил: - Тут иногда, люди страдают не сдерживаясь...
Илья Иванович глянул на него с надеждой и немного успокоившись, стал расспрашивать, как Владыке тут живётся. Владыка, не вдаваясь в подробности стал рассказывать, что уход за пациентами хороший, хотя иногда, в самый неподходящий момент бывает шумно – например среди ночи, когда беспокойная пациентка из соседней палаты, начинает буйствовать и звать нянечку электрическим звонком...
- Я почему вас об этом спрашиваю – решился посоветоваться с Митрополитом, Илья Иванович. - Вполне возможно, что мне тоже придётся доживать свои дни в подобном заведении...
Он тяжело вздохнул и продолжил, просящим взглядом посматривая в глаза измождённому Владыке...
- У меня дома неприятности... Меня очень редко посещают моя бывшая жена и наши взрослые дети. А когда приходят, то рассказывают только о себе и никто не спросит меня, как я себя чувствую последнее время...
Илья Иванович надолго замолк, погрузился в воспоминания. Руки его дрожали и непроизвольно шарили по коленям, словно ощупывая ткань брюк и решая какого качества эта материя...
- Они, моя жена и взрослые дети, посещая меня, даже говорят со мной о каких-то пустяках, а сами словно оценивают, как долго я ещё проживу и передам ли им в наследство, то что я успел заработать за всю мою жизнь...
- Мне вдруг становится понятно, что за их формальными вопросами, скрывается очевидное равнодушие к моей судьбе и моим чувствам и мыслям...
- И я, только в последний год с очевидностью понял, что они меня не любят и никогда не любили...
Посетитель, вдруг отвернулся и его плечи стали сотрясать конвульсии еле сдерживаемых рыданий...
- Конечно – продолжил он немного успокоившись, - они долгое время от меня зависели во всем, начиная от денег и заканчивая распоряжениями по нашей квартире...
Не скрою, что я надеялся на их признательность и немного пользовался этим их подчинённым положением. Иногда, эту зависимость, я использовал как рычаг, чтобы заставить их делать, так как я хотел...
Илья Иванович всхлипнул, нервно пошарил, дрожащей рукой по груди, словно хотел расстегнуть тугой ворот рубашки. Потом, вдруг, резко приблизил лицо к Владыке и почти прошептал:
- А сегодня, я вдруг понял, что они меня боятся и презирают за мою болезнь и делают это невольно, словно боясь заразится от меня!
- Они, похоже, с нетерпением ждут, когда я умру, потому что... потому что им хочется жить независимо, хочется пользоваться благами жизни, а я... - он вновь всхлипнул и утер лицо рукавом пиджака: – Кажется, что я им мешаю! Я для них, сегодня существую, как унылое напоминание о их будущем.
Я имею ввиду взрослых детей, но главное – это конечно жена...
... Владыке было жаль этого человека с его горькими, безысходными подозрениями, но в душе он понимал, что этот человек заслужил такое к себе отношение, потому что сам в жизни был эгоистом и со временем, стал той «ролевой моделью», как говорят англичане, с которой и его жена и его дети, вольно и невольно брали пример.
Его дети, на этом выросли и теперь, уже не могли изменить себя и своего отношения к человеческим немощам, в том числе к жалкому состоянию своего отца...
- Успокойтесь – проговорил Владыка. И погладил плачущего по плечу, худой и старческой, в пигментных пятнах, рукой.
- Вам надо поменьше думать о себе, как о жертве. Ведь вы прожили большую жизнь. Вы любили и были любимы. Попробуйте вспоминать эти моменты, и радоваться пережитому...
Владыка помолчал собираясь с силами, а Илья Иванович, вдруг стал перед ним на колени и сжав ладони лодочкой, проговорил, попросил волнуясь:
- Говорите! Говорите! Я вам полностью верю и даже ваш голос меня успокаивает!
Владыка ещё раз погладил его по плечу и продолжил:
- Я хочу говорить с вами правдиво и потому буду упоминать, иногда слова и вещи невежливые. Но если вы меня поймёте, почему я буду это говорить, тогда мои слова вам помогут...
Илья Иванович снова попросил дрожащим голосом:
- Говорите! Говорите пожалуйста! Ведь со мной, нормально уже давно никто не разговаривает. Всё какие-то вежливости – неискренности. А я от этого уже устал...
Владыка отпил несколько глотков из стакана с водой, стоящего на тумбочке и продолжил:
- Мне кажется, что подготовку к уходу из жизни надо начинать задолго до того момента, когда нас полностью захватит смертельная болезнь. Ведь дело всё в том, что мы, рано или поздно умрём – таков удел человечества и таковы законы природы...
- И совсем, кажется, не так важно, умрём ли мы от смертельной болезни в семьдесят лет или от смертельного удара в автомобильной катастрофе, в сорок, или от сердечного приступа, после сильных переживаний по совершенно пустячному поводу, в девяносто лет...
- Очень важно, поняв это, научится не бояться смерти, а даже желать её и главное, конечно, не боятся. Ведь вам, думаю, известен этот силлогизм, по которому доказывается, что смерть не страшна, сама по себе, а страшны представления о ней, вполне инстинктивные...
Это потому, что когда мы чувствуем – мы ещё живём, а когда умрём, то уже ничего не будем чувствовать...
Илья Иванович слушая, с напряжением следил, как движутся губы Владыки в разговоре и похоже, вовсе не понимал того, о чём говорил престарелый богослов и философ. Но его успокаивал сам голос и неспешное течение этой беседы...
- Одной из главных мыслей нашего поколения – собравшись с силами после небольшой паузы, продолжил Владыка – выросших в России в двадцатом веке, было осознание не важности комфортных условий жизни или её продолжительности.
Мы жили с мыслями о Родине и потому, как мне кажется, наши жизни были цельными и наполненными понятным смыслом. И потому, мы были душевно здоровыми людьми, делая что-то для других: одни больше, другие меньше, - а значит жили исполняя Заветы Иисуса Христа...
Мы строили будущее, и верили – а это самое важное!
Он вновь прервался, продышался и уже тихим, усталым голосом закончил:
- В обычной жизни сегодня, в обстановке эгоистичной сытости, нам надо чаще думать о том, что останется после нас для жизни наших детей и внуков. Ведь жизнь должна обязательно меняться в сторону добра и любви, и прежде всего благодаря вам, мне и другим людям нас окружающим.
- Мы этого часто не чувствуем и не понимаем, но дела, которые мы делали в нашей жизни, будучи врачами, строителями, рабочими или служащими, меняли мир в лучшую или худшую сторону. Если мы делали что-то для других, тогда, рано или поздно и нам кто-то делал, нужное и полезное...
... Но всё это в прошлом. Мы состарились и по закону природы, нам надо умереть. И потому, я призываю вас закончить жизнь достойно, как и подобает нормальному человеку. А это значит встречать страдания, боль и одиночество, как высокое испытание , которое посылает нам Бог, в качестве очищения от суеты и страстей, наполнявших наши жизни, когда мы были молоды!
- Что же касается впечатлений от посещений ваших родственников, вы можете их попросить не ходить к вам так часто, отчего и происходят все неискренности и заминки в беседах, когда кажется, что и говорить-то больше не о чем...
Владыка ещё передохнул, на какое –то время замолчал и только хрипло и тяжело втягивал воздух синеватыми губами. И становилось понятно, как трудно ему так долго разговаривать:
- Я помню своего отца, который последние годы свои, работал рабочим на заводе, потому что считал и себя виновным в революции, произошедшей, как он говорил в России, по вине класса богатых – он был сторонником Льва Толстого...
Так вот он, когда болел и даже, когда надорвавшись на работе стал умирать, то просто не принимал посетителей, не открывая им двери.
Я вам хочу сказать, что он тоже натерпелся от праздных и «вежливых» посетителей и потому, поступал очень жестоко, когда просто не впускал внутрь никого, вывесив снаружи табличку: «Меня нет дома».
Но есть подобные истории и о святых отшельниках. Святой Арсений, например, очень мучила одна богатая дама, требуя от него одну, но главную заповедь для её пустой и праздной жизни. Она так «достала» Старца, что тот ей в конце концов сказал: - Вот тебе заповедь! Как только узнаешь, что я, Арсений в одном месте, то сразу отправляйся в другую сторону!»
Владыка засмеялся дробным весёлым смешком и Илья Иванович не удержавшись, тоже захихикал, и сквозь неудержимый смех даже погрозил пальчиком Владыке. Он уже забыл о своих страхах и страданиях и глядя на Владыку, вдруг неловко подумал, что этот беззаботный человек скоро умрёт...
«А я останусь жить и поживу ещё долго, как только смогу» — мелькнуло у него в голове, и Илья Иванович, виновато нахмурившись, постарался отогнать от себя эти невольно возникающие мысли...

…Владыка, как врач, знал что он умирает и поэтому его томила мысль о смерти.
«Логика смерти проста — думал он, вспоминая события своей длинной жизни, которая теперь, перед уходом, казалась такой короткой. - Всё на земле рано или поздно умирает, разрушается и исчезает, чтобы освободить дорогу новой жизни. В этой логике есть место для обновления и движения.
Поверить человеку в то, что это само собой началось очень давно, что было время когда и человека то не было на земле, очень трудно.
Вот поэтому и появился Змий-соблазнитель, через которого в жизнь пришла смерть. Поэтому, смерть стали считать злом.
Ведь прародители — Адам и Ева, вначале были бессмертны, как и всё что их окружало в Раю. Вот тогда и появилась религия, как общение с вечным началом жизни.
Во все времена люди искали причину жизни и смерти и когда-то давно пришли к выводу, что был и есть Творец, находящийся вне привычных условий жизни природы и человека.
В этом корень всех религий и по сути, все религиозные конфессии, так или иначе отвечают своими текстами и мифами на главный вопрос — кто или что является первопричиной всего.
Иллюстрациями этого мучительного поиска ответа на вопрос, кто и как создал этот мир и человека в нём, и являются разные формы верований.
Христианство и есть завершение этого долгого процесса поисков. Иисус Христос - воплощенный Бог, а его Новый Завет - и есть современный ответ на вопрос, на вековечный вопрос, кто и как создал мир и зачем и почему в этом мире появился человек?!
Иисус, своей смертью на кресте оправдал всю историю существования человечества и указал Путь в будущее, сделав основой жизни человека Любовь! Иисус Христос своим самопожертвованием показал причину и основание для долгого и трудного продвижения человечества в сторону обожения, как цели и смысла существования и развития человечества...
«А смерть в природе, не страшна и даже необходима — продолжал размышлять Владыка. - Может быть поэтому человеческая логика изобрела лекарство от страха исчезновения, то есть умирания. Пока мы живём, нам незачем бояться смерти, а когда мы умрём, то уже не чувствует и не мыслим.
Так стоит ли бояться смерти. Когда тело изношено и болит доставляя нашей душе, нашим чувствам страдания, мы вправе призывать смерть, как избавление от этих страданий. Вот и со мной происходит нечто подобное.
Итак — да здравствует смерть!!!
И не я ли обсуждал эту тему с прихожанами?»




Видения




В последние месяцы перед смертью, Владыку часто посещали видения в которых он, как в былые времена вдруг стал видеть внутренним взором картины из жизни Иисуса Христа и его учеников.
И настолько явно и последовательны были эти видения, что очнувшись от забытья, Владыка со всеми подробностями мог пересказать всё увиденное. Это странное состояние похоже было на полусон-полуявь.
И в эти моменты своей жизни он не чувствовал ни боли, ни недостатка кислорода в лёгких. Ему вдруг становилось легко и хорошо, так как бывало в годы первой молодости, когда и тело, и душа были полны сил и творческой энергии...
И в это время, читая Евангелия, Владыка, обдумывая прочитанное, брал ручку в слабеющую руку и начинал писать проповеди, по мотивам прочитанного отрывка.
Так было и в этот раз…




Очередная проповедь




Он ппочитал отрывок, знакомый ему почти наизусть и решил его объяснить будущим слушателям или читателям:

«Дети! Недолго уже быть Мне с вами. Будете искать Меня, и как сказал Я Иудеям, что куда Я иду, вы не можете пройти, так и вам говорю теперь.
Заповедь новую даю вам, да любите друг друга: как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга.
Потому узнают вас, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собой.
Симон Пётр сказал Ему: Господи! куда Ты идёшь? Иисус отвечал ему: куда Я иду, ты не можешь теперь за Мною идти, а после пойдёшь за Мною.
Пётр сказал ему: Господи! почему я не могу идти за Тобою теперь? Я душу мою положу за Тебя.
Иисус отвечал ему: душу твою за Меня положишь? Истинно, истинно говорю тебе: не пропоёт петух, как отречёшься от Меня трижды…

… Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога и в Меня веруйте.
В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: «Я иду приготовить место вам.
И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я.
А куда Я иду, вы знаете, и путь знаете.
Фома сказал Ему: Господи, не знаем куда идёшь; и как можем знать путь?
Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к отцу, как только через Меня.
Если бы вы знали меня, то знали бы и Отца Моего. И отныне знаете Его и видели Его.
Филипп сказал Ему: Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас.
Иисус сказал ему: столько времени Я с вами, и ты не знаешь меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь: покажи нам Отца?
Разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне? Слова которые говорю Я вам, говорю не от Себя; Отец пребывающий во Мне, Он творит дела…

…Если любите меня, соблюдайте Мои заповеди.
И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек.
Духа истины, Которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, ибо Он с вами пребывает и в вас будет.
Не оставлю вас сиротами; приду к вам…

… Иуда (не Искариот) говорит Ему: Господи! что это, что Ты хочешь явить Себя нам, а не миру?
Иисус сказал ему в ответ: кто любит меня, тот соблюдает слово Моё; и Отец Мой возюбит его, и Мы придём к нему и обитель у него сотворим.
Нелюбящий меня не соблюдает слов Моих: слово же, которое вы слышите, не есть моё, но пославшего Меня Отца.
Сие сказал Я вам, находясь с вами.
Утешитель же, Дух Святой, Которого пошлёт отец во имя Моё, научит вас всему и напомнит вам всё, что Я говорил вам…(Главы 13 – 14, от Иоанна)


«Размышляя над теми Евангелиями которые после Вселенских Соборов остались в качестве самых ярких выразителей Нового Завета, мне хотелось бы поговорить не только о исторической канве, пришествия, жизни и смерти Иисуса Христа, изложенных в Трёх синоптических Евангелиях от Марка, Матфея и Луки, но и о содержании того учения, которое называлось и называется Христианством и догматические основы которого, так ярко и глубоко изложены в «дополнительном» Евангелии от Иоанна.
Если рассматривать Евангелия в рамках содержания, то именно Евангелие от Иоанна, наиболее полно цитирует всё учение Иисуса Христа, Новый Завет, - его общественное и религиозное содержание.
Но и показывает отношение Учителя и Его учеников. В отрывке, который помещён здесь в качестве эпиграфа, замечательно видно, в каких драматических отношениях находились ученики со своим Учителем, Иисусом Христом.
Ведь они и верили и сомневались и задавали множество вопросов, которые показывают нам всю драму Пути, к подлинной вере в Господа. А Иисус долго и терпеливо объяснял им, раз за разом, разными словами и чудесными делами, чтобы они уверовали подлинно…
И на мой взгляд, именно Евангелие от Иоанна, послужило причиной становления народившегося богословия, ставшего не только историей земной жизни Иисуса Христа и христианства, но и новой религией, «связью» людей с Богом – Троицей: Отцом, Сыном и Святым Духом.
Иоанн, впервые сделал попытку превратить житие Иисуса из Назарета в глубокую, сложную религиозную систему, что ему и удалось с необыкновенной глубиной и проникновением.
… Попробуем рассмотреть тему отношений, тему преподавания Иисусова учения ученикам, как процесс, в результате которого и появилась возможность говорить о Новом Завете, о всех его деталях и подробностях, о уровне понимания учениками Учителя, о тех трудностях с которыми сталкивался Господь, объясняя ученикам новый Путь, Истину, которую олицетворял Он Сам и которую осознать, одобрить, а потом и благовествовать о ней было невероятно трудно.
Как это всё создавалось, кто был первым, кого Иисус призвал идти за собой, какие слова и какие действия убедили взрослых, самостоятельных, часто семейных людей, бросить всё и последовать за Учителем?
В чем была необычность и привлекательность для этих разных по характеру и возрасту людей, речи Человека, которого казалось многие знали как плотника и сына плотника?
Как могло случиться, что Иисус из Назарета, из этого маленького городка расположенного неподалёку от моря Тивериадского, затерянного в маленькой провинциальной Иудее, в течении трёх последних лет своей жизни, сумел через поступки и проповеди, а на исходе земной жизни, через лишения и телесные страдания привлечь к Себе и Своему учению такое внимание, которое разрасталось с неудержимой силой, несмотря на казни и преследования Его сторонников, в течении почти трёхсот лет, чтобы в итоге стать главной религией мира, на последующие тысячелетия?
… Начнём с того, как появление, рождение, воплощение Иисуса описано у Иоанна, и далее продолжим анализировать и то, что было в течении последующих лет жизни, увенчанной смертью на Голгофе, смертью, за которой последовало чудесное воскрешение, сделавшее имя Иисуса Христа величайшим именем мира, «и ныне, и присно, и во веки веков».
Владыка прервался, посидел какое-то время отдыхая, а потом продолжил вздыхая…

«Если представлять себе ту атмосферу законничества и буквализма, застарелого догматизма и обрядоведения, в Древней Иудее, во времена, когда Иисус Христос, родился, жил, был распят, а потом через три дня воскрес «и восстал из мёртвых», то вызывает удивление, что он Мессия, мог в такой атмосфере дожить до своих тридцати трёх лет.
Не узнанный по своей доброте и кротости, противоречащей многолетним ожиданиям верующих иудеев в «посланца Бога», на коне и с огненным копьём поражающим врагов, Он неоднократно подвергался опасностям быть убитым фанатиками – фарисеями и потому становится страшно за его жизнь с самого начала его служения…
Кажется, что Евангелия, не дают нам оснований утверждать, что тот, двухтысячелетней давности мир, был более подвластен разрушительному, жестокому злу, чем нынешний. Казни через распятие были свирепы и мучительны, но ведь казнимых было не так много.
Однако главного тогдашнего зверства мы не увидим в описаниях мира вокруг Иисуса. Мы не видим, ибо это было почти свойством человеческой натуры – узаконенным и обыденным. И эта страшная деталь тогдашнего быта, - было рабство. Именно из существования рабства, как традиции присущей тогдашнему человечеству и происходил главный грех того мира, против которого ополчился кроткий Иисус и от чего, Он, спас человечество своим скорбным, мучительным самопожертвованием и тем самым искуплением этого греха и его последствий. И грех этот заключался в том, что человек смотрел на другого человека, на своего раба, как на «рабочее животное». А рабство человеческое происходило от ненависти друг к другу, от войн и лишений, которыми подвергали народы друг друга, живя в те времена на земле без любви и без Заповедей Бога истинного…
В те времена сила была и правом, а богатство и знатность, были уделом немногих, в то время как нищих и убогих было великое множество. И Иисус выступил против этих казавшихся вечными человеческих установлений и «договоренностей» и своей жизнью, смертью на кресте и воскресением, дал пример искупления зла человеческого, их греховности через любовь и самопожертвование, на которые не были способны ни богатые и знатные, ни фарисеи и книжники, которые думали не «о Божеском, но о человеческом»…
Потому, первыми учениками Иисуса стали простые, люди: рыбаки, земледельцы, люди без образования и религиозных, чиновных должностей, но свободные не только от власти рабовладельцев, но и от рабства денег, славы и честолюбия. Ведь среди них и был распространён Новый Завет, к которому их простые души тянулись с самого начала, «раненные», земной привычной несправедливостью и жестокостью, олицетворением которого было рабство.
Недаром Иисус себя и учеников своих называл рабами Божьими, а апостолов, в конце своего земного пути назвал друзьями и говорил:
«Вы - друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам.
Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам всё, что слышал от Отца Моего.
Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод, и чтобы плод ваш пребывал, дабы, чего не попросите от Отца, во имя Моё, Он дал вам.
Сие заповедаю вам, да любите друг друга…»(От Иоанна. Глава 15)
… Мне кажется, что именно в следствии преодоления Иисусом этого трагического, чисто человеческого жестокого но привычного заблуждения, что рабство всегда существовало и будет существовать, явился Новый Завет ставший следствием любви Бога к человеку и человечеству и ответной любви человека к Богу.
Мир в те времена представлял собою поле битвы свирепого, привычного победительного зла, против доброй человеческой природы и сильных характеров. Были конечно и подлинно верующие в Бога – Создателя, однако их было совсем немного.
Но такие люди, не могли жить и выжить в этой давящей атмосфере, в обстановке горделивого узаконенного зла, сделавшегося привычным образом жизни и потому объединялись в секты и секточки и уходили «с глаз долой» в пустыню и в горы и жили там коммуной, братством верующих в любящего и справедливого Бога.
Таковы были, мне кажется, эссеи, группы единомышленников, живших вдали от людей и человеческих поселений, во главе с Учителем, который являлся главой и наставником братства, этого своеобразного, древнего монашеского ордена…
Отчасти, Иисус вышедший с проповедью Нового Завета, был похож на эссеев, однако отличался от них, любовью и состраданием к «нищим духом», которым он и стал учителем, и для которых, в конце концов превратился – в начале в Пророка а потом и в Сына Божия.
Приходится удивляться, что Его проповеди, с самого начала, не встречали такого ожесточенного приёма в среде фарисеев – книжников. Может быть это объяснялось, отсутствием этих ревнителей и начётчиков иудейского Закона, в Назарете, Вифсаиде и в Капернауме, поселениях далёких от Иерусалима, и от Храма, в котором и вокруг которого собирались и жили Иудейские правоверные законники…
Многие Поучения Иисуса из Назарета, были далеки от жестокости и однозначности еврейского Закона, и может быть поэтому не вызывали на первых порах гневного неодобрения в среде фарисеев, как не содержащих в себе опасности противостояния, соперничества, и тем более сопротивления «железному» Закону…
Однако дух веры напоказ, тогда, так проник во все поры Еврейского общества, что любое противостояние регламентации и обряду, встречалось с неодобрением, если не со злобой и гневом. Вспомните эпизод, с грешницей, которую толпа собиралась забить камнями, на площади и только после вмешательства Иисуса, спросившего: «Кто не без греха, пусть первым кинет камень в эту женщину», все смущённо разошлись, оставив грешницу рядом с Иисусом.
… Уже после начала проповеди Нового Завета, Иисусу несколько раз угрожали смертью законники, однако он был кротким, и вместе с тем обладал необоримой духовной силой, которая проявлялась невольно, и в его речах, и в его поступках, и в его внешности, и в его голосе. Это, наверное, до поры до времени сдерживало иудейских законников от решительных действий.
Показателем, мелочной обрядности и следованию закону вопреки житейской реальности был эпизод, когда Ученики Иисуса, усталые и голодные, в Субботу, идя через поле пшеницы, сорвали несколько колосков и расшелушив их, ели зёрна. Фарисеи обвинили их в этом, и Иисус возражая начётчикам, утверждал, «что Суббота для человеков, а не человек для Субботы».

Эти столкновения с фарисеями на почве соблюдения или несоблюдения закона, повторялись, и раз за разом Иисус отвергал претензии самоуверенных фарисеев, учить его, что можно делать и что нельзя в Субботний день.
…Исходя из опасности жизни в то время, для любого человека хотя бы формально не следующего Закону, можно понять и ту опасность, которой подвергался не только Иисус Назарянин, но и его ученики и потому, надо попробовать описать, почему, они, эти взрослые уже люди, бросив всё привычное и устоявшееся в своей жизни, пошли вслед за учителем, покинув и дом, и семьи, сознавая опасность следования его указаниям и советам, шли за ним и в зной и в стужу. Они, с первых слов Иисуса увидели в нём Пророка, а потом уже после близкого знакомства с ним и его проповедями, уверовавших, что он и есть воистину Сын Божий…
Они уверовали, но по временам и сомневались не понимания, а то и прямо отрекаясь от Учителя, - именно эти события, поступки и слова, доказывают нам, что только после смерти Спасителя, Апостолы были готовы и отдавали свои жизни за веру в Иисуса Христа. «Ибо слаб человек…», пока наш кумир жив и пребывает вместе с нами…

… Ученики Иисуса Христа, первые из них, наверное знали Его и в детстве, и в отрочестве, и в юности, а потому, при первом зове, пошли за Ним не задумываясь, покинув свои семьи и свои селения. Такова была сила личности Иисуса во все его годы жизни на земле, что люди при первом призыве, уходили вослед Ему и внимали «… его глаголам вечности», как выразился апостол Пётр, обращаясь к Иисусу, с надеждой и упованием. Об этом почти не говориться в Евангелиях, и только в нескольких эпизодах обрисован Его необычный характер ещё в детстве. Существуют «портреты» юного Учителя, из детства, но в полузабытых апокрифах…
Как Иисус превратился в Мессию, в Христа, и почему это случилось на тридцатом году Его жизни? Мы этого не знаем, да теперь наверное и не узнаем никогда. Но у многих народов мира, существует афоризм: «Есть время слушать, и есть время говорить!» И мне кажется это мудрое высказывание и проливает свет на загадку жизни Иисуса из Назарета, и помогает нам ответить на вопрос – почему.
Видимо чаша знания и понимания грехов человеческих в мире, к этому возрасту Иисуса переполнилась, и идя на крещение к Иоанну Предтече, Иисус уже знал, что пришло Его время проповедовать Новый Завет !..
…Первыми учениками Иисуса из Назарета, были Иоанн Заведеев и Андрей (Первозванный), брат Симона – Петра. Остальные были тоже судя по всему из Галилеи, из районов Иудеи, лежащих неподалёку от Генисаретского моря.
Когда Иисус пришёл креститься на Иордан к Иоанну Крестителю, он был ещё один, но после сорока дней проведённых в пустыне, Иисус начал проповедовать своё учение и набирать учеников.
Однако, проповедовал он ещё и до набора учеников. Например в Евангелии от Луки сказано: «Однажды, когда народ теcнился к Нему, чтобы слышать слово Божие, а он стоял у озера Генисаретского, увидел Он две лодки, стоящие на озере; а рыболовы выйдя из них вымывали сети. Войдя в одну лодку, которая была Симонова, Он просил его отплыть несколько от берега и, сев, учил народ из лодки. Когда же перестал учить, сказал Симону: отплыви на глубину и закинь сети свои для лова…
Симон сказал Ему в ответ: - Наставник! Мы трудились всю ночь и ничего не поймали, но по слову твоему закину сеть. Сделав это, они поймали великое множество рыбы, и даже сеть у них прорывалась. И дали знак товарищам, находившимся на другой лодке, чтобы пришли помочь им; и пришли и наполнили обе лодки, так что они начинали тонуть. Увидев это, Симон Пётр припал к коленям Иисуса и сказал: выйди от меня, Господи! Потому что я человек грешный.
Ибо ужас объял его и всех, бывших с ним, от этого лова рыб, ими пойманных; так же и Иакова и Иоанна, сыновей Заведеевых, бывших товарищами Симону. И сказал Симону Иисус: не бойся; отныне будешь ловить человеков. И вытащив обе лодки на берег, оставили всё и последовали за ним…»
… И конечно, вполне могло быть так, что и Андрей Первозванный и Симон – Пётр, и Иоанн Заведеев, самый юный ученик Христа, могли слышать Его, Иисусовы речи ещё раньше, или их пересказ общими знакомыми.
А потому, присоединились к нему и юноша Иоанн и Иаков его брат, Заведеевы. Ещё, они видели Его во время крещения Иоанном Крестителем, на Иордане и слышали слова этого неистового пророка, который признал главенство Иисуса из Назарета над всеми и говорил, что он, Иоанн, несмотря на множество последователей идущих за ним, «недостоин завязать ремешки сандалий на ногах у Иисуса из Назарета», объясняя, что ему явился дух Святой, посланец Бога -Отца и указал на Иисуса, как на Мессию и Сына Божиего…
… Иисусова община постепенно увеличивалась и вошли в неё один за другим люди простые, доверчивые и безыскусные, ищущие Учителя жизни, который бы помог им узнать и понять Божью волю и пожертвовать свою судьбу на то, к чему призывал Бог, через Сына Своего воплощённого, Иисуса, плотника из Назарета…
И только после того, как в беседах с учениками Он, Сын Человеческий, увидел страстный блеск в глазах учеников, услышал их, дрожащие от восторга голоса соглашающиеся со всем, что говорил и обьяснял им Божий Избранник, только после этого, и случилась его Нагорная Проповедь.
Тогда, привлечённые людской молвой о замечательном Учителе, Иисусе из Назарета, собралось они, жители окрестных городов и деревень, всего было их несколько тысяч, на горах, чтобы слушать Его. И там, Он, коротко но выразительно и понятно, рассказал и обьяснил им суть Нового Завета, с которым Он явился от Бога, на землю Израильскую.

В Евангелии от Луки говорится о Нагорной Проповеди:
«В те дни, взошёл Он на гору помолиться и провёл всю ночь в молитве к Богу. Когда же настал день, призвал учеников Своих, и избрал из них двенадцать, которых и наименовал Апостолами: Симона, которого и назвал Петром, и Андрея, брата его, Иакова и Иоанна, Филиппа и Варфоломея, Матфея и Фому, Иакова Алфеева и Симона, прозываемого Зилотом, Иуду Иаковлева и Иуду Искариота, который потом сделался предателем. И сойдя с ними, стал Он на ровном месте и множество учеников Его и много народа из всей Иудеи и Иерусалима и приморских мест Тирских и Сидонских, которые пришли послушать Его и исцелиться от болезней своих, также и страждущие от нечистых духов; и исцелились. И весь народ искал прикасаться к Нему, потому что от него исходила сила и исцеляла всех…»

И говорил Он, поднявшись во весь свой высокий рост, голосом мягким и звучным и с тихим восторгом внимали ему люди…
«… И Он возведя очи Свои на учеников Своих говорил: «блаженны нищие духом, ибо ваше есть Царствие Божие…»

И далее, Он продолжил:
«… Но вам, слушающим говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящих вас, благословляйте проклинающих вас, и молитесь за обижающих вас. Ударившему тебя по щеке, подставь и другую, и отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку. Всякому просящему у тебя давай, и от взявшего твоё не требуй назад. И как хотите чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними…»

И говорил Иисус слова необычные для того времени и того места, а люди с благоговением слушали истины, которые Он им открывал, ибо они расходились со Здравым Смыслом, которому учили их в синагогах – отвечать ударом на удар,- «око за око и зуб за зуб…»

И потом взволнованный Иисус объяснял всем:
«И если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? ибо и грешники любящих их, любят. И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? Ибо и грешики то же делают. И если взаймы даёте тем от которых надеетесь получить обратно, какая вам за то благодарность? Ибо и грешники дают взаймы грешникам, чтобы получить обратно столько же…»

И дальше Иисус говорит самые важные слова:
«… Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым. Итак, будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд. Не судите, и не будете судимы; не осуждайте и не будете осуждены; прощайте и прощены будете; давайте и дастся вам: мерою доброю, утрясённою и переполненною отсыплют вам в лоно ваше; ибо какою мерою мерите, такой же отмерится и вам…»

И вздыхали люди, потупив глаза и размышляя над сказанным Иисусом, а Он продолжил:
«… Может ли слепой водить слепого? Не оба ли упадут в яму? Ученик не бывает выше своего учителя; но и усовершенствовавшись, будет всякий, как учитель его…
Что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоём глазе не чувствуешь? Или как можешь сказать брату твоему: «брат! дай я выну сучок из глаза твоего», когда сам не видишь бревна в твоём глазе? Лицемер! Вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего.
Нет доброго дерева, которое приносило бы худой плод; и нет худого дерева, которое приносило бы плод добрый. Ибо всякое дерево познаётся по плоду своему, потому что не собирают смокв с терновника и не снимают виноград с кустарника. Добрый человек из доброго сокровища сердца своего, выносит доброе, а злой человек из злого сокровища сердца своего выносит злое, ибо от избытка сердца говорят его уста.
Что вы зовёте Меня: «Господи! Господи!» и не делаете того, что Я говорю?
Всякий, приходящий ко мне и слушающий слова Мои и исполняющий их, скажу вам, кому подобен. Он подобен человеку, строящему дом, который копал, углубился, и положил основание на камне; почему, когда случилось наводнение и вода напёрла на этот дом, то не могла поколебать его. Потому что основан он был на камне. А слушающий и не исполняющий подобен человеку, построившему дом на земле без основания, который, когда напёрла на него вода, тотчас обрушился. И разрушение дома сего было великое…»

… Так говорил и учил Иисус Христос объясняя простым людям, очень убедительно, смысл их жизни и их призвание… Но и требовал следовать Новому Завету, как закону праведной жизни...
А потом последовали и первые чудеса, вдохновлённые глубокой верой окружающих в Него, как в Спасителя.
В Кане Галилейской на свадьбе он, по просьбе своей матери, Девы Марии, из воды сделал вино свадебное…

… А потом были новые беседы, когда слушать Его собралось уже более пяти тысяч человек, которых Он сумел накормить пятью хлебами и ещё осталось много коробов несьеденных остатков.

А потом было хождение по воде и усмирение шторма на море и попытка вдохновлённого примером Учителя, Петра – Кифы, самому пройти по морю, окончившаяся неудачей. Ибо вера человеческая в Божиего посланника была ещё не так верна и крепка, даже у учеников Его…

А потом были излечения больных, слепых и прокажённых, и изгнание бесов и оживление умерших. И всё это стало возможным только благодаря прирастающей самозабвенной вере в Божьего Посланника и силу его слов и дел.

Об этом повествует Библия, Новый Завет, но о реалиях жизни Иисуса Христа в те годы, говорится в Священном писании совсем немного. А нам, чтобы последовать путём, Иисуса, хотелось бы знать все подробности Его жизни тогда…

Как же жил, чем питался, где и с кем дневал и ночевал Сын Человеческий во времена своей проповеди нового Божьего завета?
Об этом очень скупо сказано в Евангелиях. Но мы можем попробовать восстановить картину этой жизни.

Вот например сцена у колодца, в земле самаритян, когда уставший после дневного перехода по жаркой раскалённой солнцем горной тропе, Иисус присел у источника, тогда как его ученики вошли в селение для того чтобы найти себе и Учителю пропитание и ночлег для отдыха…

Представляется лето в горной пустыне, изнуряющий зной, выцветшее от жары небо и белые силуэты самаритянской деревни на холме… А под холмом, чуть в стороне от строений – источник, обложенный серыми гранитными валунами, и Иисус Христос присевший рядом, отирающий пот со лба, что – то шепчущий пересохшими от жажды губами…

И подходит к колодцу женщина – самаритянка, в ярких, лёгких одеждах, с накинутым на плечи кисейным покрывалом. И увидев незнакомого мужчину, смущается, прикрывается покрывалом, но подбадриваемая его доброжелательной улыбкой, набирает воды и предлагает ему напиться…

И тогда происходит между ними разговор, который описан в Евангелиях и который её так поразил, что она вернувшись, рассказала о удивительном путнике в деревне, и сама запомнила эту случайную встречу на всю жизнь…

Таких встреч, чудесных разговоров и исцелений, было очень много за эти три года и конечно нам хотелось бы о них знать больше и подробнее…

… Или другой вопрос, остающийся без ответа. Как мог Иисус Христос, выбрать в Апостолы Иуду Искариота? Вполне возможно, что Иисус с самого начала, видя в нем не ученика, а просто житейски хитрого проворного человека, надеялся на его перевоспитание и преображение. Он доверил Иуде организацию быта коммуны, закупку продуктов и оплату снятого жилья, наверное ещё потому, что кроме него из Апостолов никто не способен был управляться с деньгами и потому, именно Иуде был доверен денежный ящик, в котором лежали пожертвования доброхотов и сторонников нового Учителя…

… Сама задача провозвестия Нового учения, Нового Завета заставляла Иисуса и его двенадцать учеников переходить с места на место, встречая всё новых и новых слушателей, многие из которых со временем становились последователями Иисус Христа.

Израиль по сложившейся традиции, с воодушевлением встречал новых и новых проповедников, в страстном ожидании Мессии, который освободит их от всех тягот и несчастий жизни…

И вот Он пришёл, но кроме учеников, никто не узнал его, ибо все верили, что Мессия явится Израилю вооруженный чудесным оружием, на прекрасном боевом коне, и уничтожит всех врагов Израиля, став новым и вечным царём над ними. И не ведали несчастные иудеи, что «Царство Божие, уже внутри нас», и что освобождение каждого и всех, зависит от самих иудеев и силы их веры в Бога, и верности этой вере. Они не хотели понять, что только после смерти возможно переселение в райские кущи на небесных пажитях, и только для тех, кто в этой жизни старался быть праведным и каялся и мучился, если совершал неблаговидные поступки…

Тогда многие, можно сказать большинство людей, не узнали в Нём Мессию, и в этом заключена драма человеческих отношений к Богу и людей между собой. Ведь не узнали-то потому, что не любили не только Бога, но и ближних своих и дальних, а врагов ненавидели люто, до кровомщения…

Как тут уверуешь в любовь и непротивление злу насилием, если кругом правят сила и деньги?
… Так и в наши дни! Разве же мы поверим человеку, который будет говорить нам, что он Сын Бога, и что главным стержнем нашей жизни должна быть любовь и нестяжания материальных благ?

Поэтому, наверное, одна из трагичных деталей и сегодняшней жизни, заключена в том, что если бы Иисус Христос, явился на землю сегодня, то мы бы приняли Его за сумасшедшего. А ведь христиан,
сегодня, как гласят переписи во всём мире – больше миллиарда!

И тогда, две тысячи лет назад, для многих людей вовсе было непонятно учение Иисуса из Назарета, который призывал людей покаяться и исповедовать Божии заповеди, главными из которых были две:
«Возлюби Бога Отца небесного всеми силами души и тела и ещё: возлюби ближнего своего, как самого себя…»



Через несколько дней Владыка вновь собрал оставшиеся силы и сел писать очередную прлоповедь – комментари на прочитанное в Евангелиях…




Последние разговоры Иисуса с Учениками.




И вот, настал роковой день, к которому неизбежно стремился Иисус Христос эти долгие три года благовествования в земле Израильской. И после триумфальной встречи его, в пригороде Иерусалима, как победителя и Мессии, остановились они в простом доме и сделали пасхальную трапезу и чувствуя, что земные Его дни приближаются к концу, Иисус омыл ноги ученикам, показывая как надо жить и служить друг другу, согласно Новому Завету, а потом, установил первую церковную литургию для своих последователей христиан, преломив хлебы, сказал: - Сие есть Тело Моё, которое за вас предаётся; сие творите в Моё воспоминание…

... И налив вина продолжил: - Сия чаша есть новый завет в Моей Крови, которая за вас проливается….(Евангелия от Луки)

А потом с грустью сказал : - И вот рука предающая Меня, со Мною за столом; Впрочем, сын Человеческий идёт по предназначению, но горе тому человеку, которым он предаётся…(Евангелие от Луки)

Этим, взволновал всех учеников, а Иуду Искариота напугал, и тот найдя причину вышел вон из дома… И, должно быть, бормоча ругательства, быстро пошёл, почти побежал в сторону дворца первосвященников, в надежде застать Кайяфу ещё бодрствующим…

Что толкнуло Иуду на предательство?

Первой причиной конечно была его тяга к деньгам и каждодневное с ними общение - он был казначеем коммуны Иисусовой. И прежде прихода к Иисусу из Назарета, как к Учителю он видел, как люди преклоняются перед богатством, жаждут его и завидуют богачам.
А в Иисусовой коммуне, он столкнулся с настоящим бессребреничеством и это пугало и раздражало его!
И постепенно, он, Иуда перестал верить своему Учителю, который говорил совсем противоположное, о чем мечтали и хотели получить люди в мире. И вот стал Иуда измышлять, как уйти от Него…
Тут и нашли его слуги первосвященника и предложил за деньги предать Учителя, на что он не без колебаний, в конце концов согласился…

Яд сребролюбия уже растлил Иуду Искариота и он не смог совладать с искушением, «заработать» деньги, тридцать сребреников, даже ценой предательства, на покупку своего участка земли, на котором он, рано или поздно, мечтал разбогатеть. Впоследствии Иуда конечно раскаялся, и выбросил данные ему первосвященником деньги и повесился…
Но такова природа человека – и в плохом и хорошем, он вначале говорит или действует, а потом раскаивается…

… Тайная вечеря, между тем, продолжалась… А ученики продолжали спорить и импульсивный и темпераментный Пётр старался убедить Иисуса, что даже если все от него отшатнуться, он останется верен ему до конца. На что, Иисус с горькой улыбкой ответил: – Говорю тебе Пётр, не пропоёт петух сегодня, как ты трижды отречешься, что не знаешь Меня!

Так и случилось в ту же ночь с Петром, ибо повторяю, такова природа человеческая – сомневаться и в плохом и хорошем и только после совершения греха, каяться и уже после становиться до конца непреклонным…
В этом ценность искреннего раскаяния, благодаря которому грех преодолевается, после тяжёлых страданий и сомнений…

Само отречение Петра, в ту ужасную ночь, ещё ничего не показывает, кроме страшной тревоги и бури чувств в его душе.
… После ареста и унижений Иисуса Христа в Гефсиманском саду, он, Пётр, идя позади стражников, с захваченным ими Иисусом, на суд Синедриона, надеялся на чудо проявления силы своего Учителя Иисуса, в которого они уже веровали как в Христа - Мессию.

Но, когда он увидел безнаказанное издевательство прислужников над Учителем, он был смущён и затосковал, и именно в этот момент он отрёкся, хотя потом запереживал и даже плакал, надеясь найти в слезах оправдание своему малодушию…

В конце концов случилось так, как и говорил Иисус Христос: только после совершения греха невольного предательства, и после слёз покаяния, Петр стал тем самым «камнем» на котором и выстроилось христианство, тем пастырем, который начал пасти «овец Христовых»…

… Этот эпизод, даёт всем нам право надеяться, на то, что несмотря на нашу греховность и слабость веры, мы покаявшись можем продвинуться на пути веры, преодолевая непостоянство человеческой натуры.

Читая Евангелия, мы не должны забывать, что Апостолы были простыми людьми, которых Божественное влияние Иисуса Христа, сделало героями и родоначальниками веры человеческой…

В чём секреты обаяния и уверенности истин, сообщаемых Иисусом своим ученикам и народу, постоянно окружающего Спасителя?
Надо думать, что с первого раза, с первой встречи, большинство не могло понять, Истину, воплотившуюся в Иисусе, но все слушатели, чествовали в его речах, нечто, притягательное и неотразимое, если можно так говорить.

Ведь и сегодня, те, кто впервые прочитал Евангелия, не понимают, а часто и не могут понять, Его слов, однако почти все знают - Он прав, а мы все неправы...
Откуда эта уверенность?

Мне кажется, истина, и в самом простом житейском виде имеет как минимум две стороны, как «две стороны имеет каждая медаль или монета». И одну сторону, мы видим каждодневно, и это наш жизненный опыт, а вторая сторона, до поры до времени скрыта и недоступна нам, потому что до определённого момента, мы вторую сторону не замечаем - потому что она нам не нужна.

Мы видим только лицевую сторону медали или монеты, на которой стоит цифра, определяющая количество того или иного товара, который мы на эту монету можем купить. (Видя медаль или орден, мы тоже ориентируемся – этим орденом награждают за подвиг простых солдат, а этим генералов и полководцев, оставшихся после подвига в живых или умерших).
Но Иисус Христос, в рассказе о монете, говорил хитроумным фарисеям, что «Кесарю – кесарево, а Божье – Богу». То есть иначе – быт, жизнь рутинная, мир – в смысле плоть – это одна сторона истины, которую и мы понимаем и ученики Иисуса понимали две тысячи лет назад…
Но в словах, в поучениях, в Истине, которой учил Иисус Христос, своих учеников и толпу людей вокруг, была и та часть Слова, которую можно понять только прожив жизнь, перестрадав и переболев всеми страданиями и страстями плоти, и в итоге - увидеть другую сторону жизни, не плотскую, но духовную…

И только, потом осознать, «что то, что для людей мудрость, - Для Бога глупость», когда то, что для плоти добро – то для духа зло и наоборот…

Ученики были обычными людьми, и это в Евангелиях неоднократно подчёркивалось, но они пережили потрясение: вначале уверовали по плотски, с надеждой на возможность, приблизившись к Иисусу, получить потом, после Его воцарения, «тёплое» местечко поближе к власти… Вспомните, как ещё перед Тайной Вечерей, они все пытались испросить место для себя, поближе к Иисусу, уже после, в «Райских кущах».

Потом после Его захвата и страшной казни, они испытали душевный шок потери веры, и даже «каменный» Симон – Пётр отрёкся трижды, от своего обожаемого Учителя…

И вот на третий день, они вдруг узнают, а потом и видят, что Иисуса нет в гробнице, и начинают вспоминать Его вещие слова о Воскресении. А потом, после явления им, Христа, и явлению неоднократному, они, вдруг осознали, всю глубину его иносказаний, которые стали Живой Истиной и тогда, обнажилась вторая, духовная сторона Его Слова…

… Но, возвратимся к событиям, о которых повествуют Евангелия…
Когда Иисуса арестовывали в Гефсимании, остальные ученики его рассеялись по окрестностям и позже, испуганные и возбуждённые, собрались скорее всего в доме где они проводили вместе с Иисусом Христом пасхальную трапезу, и закрыв все засовы молили Бога о своём спасении и спасении их Учителя. Они ещё надеялись, что Христос проявит свои чудесные способности говорить и убеждать людей, и освободиться и придёт к ним жив и невредим…

Об этом в Евангелиях не пишут, но наверное они, Апостолы, верили и надеялись, и переживали за себя, думая, что ежели их Учителя не побоялись схватить, то их, Его учеников могут и убить.

В таких случаях, женщины всегда смелее мужчин и именно почитатели Христа – женщины, наверное присутствовали и на судилище перед Римской Преторией, где Пилат, после некоторых сомнений, но утвердил смертную казнь, через распятие; а потом и шли в толпе, сопровождавшей приговорённых к распятию на Голгофу. Но об этом уже говорят Евангелисты…

Например у Евангелиста Луки рассказывается о казни и действиях последователей, то есть апостолов и женщин, верящих и любящих Иисуса, сопровождавших его до конца в его человеческом воплощении, такими словами:
« И шло за Ним великое множество народа и женщин, которые плакали и рыдали о Нём…» (Цитата из Луки).

… И на «Лобном» месте распяли Его, и после страшных мучений, Он умер!
Лука об этом говорит так:
«Было же около шестого часа дня, и сделалась тьма по всей земле до часа девятого; и померкло солнце, и завеса в храме раздралась посредине. Иисус, возгласив громким голосом, сказал: - Отче! В руки твои предаю дух Мой. И, сие сказав, испустил дух…»
И здесь, в образе «раздравшейся снизу до верху», завесы в Храме, тоже скрыта, духовная истина, ибо смогли уже все «увидеть», осознать то, что было за «завесой», то есть за «парадной», лицевой стороной Истины.
Она ведь «раздралась», не сверху только, или снизу, что символически означало бы возможность видеть Бога, тем кто «внизу» или тем, кто «наверху», но ставшей видимой для всех…

… Все же, знавшие Его, и женщины следовавшие за ним из Галилеи, стояли вдали и смотрели на страшное и горестное зрелище – казнь Учителя...
Тогда некто, именем Иосиф, член совета, (Синедриона), человек добрый и правдивый, не участвовавший в совете и в деле их, из Аримафеи, города Иудейского, ожидавший также Царствия Небесного, решился:
«…И сняв его, обвил плащаницею и положил Его в гробе, высеченном в скале, где ещё никто не был положен. День тот был пятница, и наступала суббота. Последовали также и женщины, пришедшие с Иисусом из Галилеи, и смотрели гроб, и как полагалось тело Его; Возвратившись же, приготовили благовония и масти; и в субботу остались в покое по заповеди…»

… Отсутствие решительных действий со стороны не только Апостолов, но и семидесяти избранных учеников, и просто тех, кто слушал Учителя с воодушевлением, объясняется конечно усвоением учения Иисуса из Назарета, а не страхом или слабостью. Об этом часто забывают толкователи и Евангелий и Нового Завета…

Не Учитель ли говорил им, «что если ударили по левой щеке – подставь правую» и не Он ли, всей своей жизнью доказывал им святость непротивления злу насилием и говорил «возлюбите врагов ваших»…

Почему, тогда, так немного было вокруг, во время суда и во время казни Спасителя, тех, кто в него уверовал, кого Он излечил, кто слушал его на горах и у моря ? Конечно их, верующих в Него уже и тогда, было намного больше, тех, кто присутствовал на казни.
Но видимо многие их них жили в Галилее, а в Иерусалиме, большом городе, люди занятые праздником и тем более ночью, не знали о том что происходит суд Синедриона над Учителем.
И даже утром, когда служба заставляла бодрствовать и Пилата с его воинами, и Кайафу – первосвященника с членами Синедриона, и клиентов и фарисеев, узнавших о суде через своих покровителей, жреческой верхушки еврейского народа, многие оставались в своих домах, и толпа перед Преторией была вовсе небольшой и состояла из одних врагов Иисуса, сторонников Кайафы и Анны…

… К тому же, надо добавить, что регламентация ежедневная, ежечасная приучала иудеев к повиновению и послушанию не только Закону, но и властям, Синедриону.
А тут, вдруг пришёл человек, - а для врагов Иисуса он был и оставался человеком до конца, - который на взгляд большинства иудеев был преступник, говорил непонятное, обещал разрушить храм и восстановить его в три дня, говорил, что он Сын Бога, и уже обладал значительным числом учеников и поклонников…

Синедрион осудил его на смерть – чего же боле, - наверное спрашивали сами себя эти люди, собравшиеся ранним утром перед судным местом, на котором восседал прокуратор Иудеи, ненавистный наместник Рима – Пилат?..
Этим наверное можно объяснить озлобление этих людей, против бунтаря и революционера, каким им казался Иисус Христос. И наверное поэтому они упорствовали в намерении отправить ненавистного им «смутьяна» на крест. И потому они во всё горло кричали: - Распни его!!! Распни!!!

Скорее всего и Мария, мать Господа, и Мария Магдалина и остальные женщины, а с ними и Иоанн, самый молодой Апостол, стояли где – нибудь в сторонке, и молились и плакали, видя страдания Иисуса, но ничего поделать не могли…

Они же, шли вослед процессии, по узким каменистым улочкам Иерусалима, и обливались слезами, изредка, сквозь людскую массу, теснившуюся в узких проходах, видели, бредущего впереди этой толпы изнурённого, окровавленного Иисуса…

Когда же печальное шествие остановилось и в толпе зашептали: - Упал! Он упал! - из переулка, навстречу Иисусу, не выдержав вида Его страданий, выбежал Симон Кирениянин, и помог встать Иисусу и подхватив крест, потащил его дальше. А Иисус, шатаясь, шёл вослед ему, погоняемый злыми командами стражников: - Пошевеливайся! Быстрее! Быстрее!
Когда же поднялись на Голгофу, то стража оттеснила присутствующих подальше от места казни, и женщины уже громко рыдали, не находя сил говорить о своей скорби…

… В Евангелии от Иоанна рассказывается, что через некоторое время к умирающему на кресте Иисусу, подошли Матерь Мария и Иоанн, и Он, с трудом, задыхаясь, тихим и хриплым от жажды и страданий голосом, проговорил своё завещание: «Будь Ей как сын… А ты будь ему как Матерь»…

И опять первыми в вере были женщины, которые и на казни оставались до конца, пока их не отогнала от места распятия Иисуса, оставленная при распятых, стража…

… И вот, Спаситель умер, и ему пронзили копьём рёбра и увидели, что потекла сукровица и уверились, что Он мёртв и не стали перебивать ему колен, что сделали с двумя разбойниками, распятыми рядом с Ним…

И когда все разошлись и даже стражи ушли в казармы, пришёл к Распятому Иосиф из Аримафеи, который был тайным учеником Иисуса. Он, после смерти Иисуса, испросил разрешения у Пилата, захоронить тело своего учителя…

… И принёс он саван. И пришёл также и Никодим, тоже Его тайный ученик, и принёс ароматных масел; и омыв тело, помазали тело Учителя маслом и запеленали его в плащаницу, и унесли во гроб каменный, который был неподалеку приготовлен Иосифом, заранее, для себя…

И похоронив, помолились и дрожа от переживаний и усталости, привалив гроб тяжёлым камнем, пошли домой, плача, сострадая и скорбя об Учителе…

… А в воскресение, с раннего утра, пришла ко гробу Господню, Мария Магдалина, и увидела, что гробница открыта, а внутри нет никого. И она побежала в дом, где уже третий день жили апостолы и сказала: - Унесли Господа из гроба и не знаем, где положили его…

И Пётр, вместе с Иоанном, побежали к гробу и Иоанн был там первым и «…наклонившись, увидел лежащие пелены, но не вошёл во гроб. Вслед за ним приходит Симон – Пётр, и входит во гроб, и видит одни пелены лежащие, и плат, который был на главе Его, не с пеленами лежащий, но особо свитый на другом месте. Тогда вошёл и другой учение (так Иоанн называет себя) прежде пришедший ко гробу, и увидел, и уверовал. Ибо они ещё не знали из Писания, что ему надлежало воскреснуть из мёртвых. Итак ученики опять возвратились к себе…» (Евангелист Иоанн)

А что же делала в это время Мария Магдалина?
« – А Мария стояла у гроба и плакала. И когда плакала, наклонилась во гроб, и видит двух Ангелов, в белом одеянии сидящих…
И они говорят ей: жена! Что ты плачешь? Говорит им: унесли Господа моего, и не знаю, где положили. Сказав сие, обратилась назад и увидела Иисуса стоящего; но не узнала, что это Иисус…» (Евангелист Иоанн)
… И понятно почему. Ведь даже ученики, не поняли, которым Иисус говорил раньше: - Вы слышали, что Я сказал вам: «иду от вас и приду к вам». Если бы вы любили Меня, то возрадовались бы, что Я сказал: - «иду к Отцу»; ибо Отец Мой более Меня. И вот, Я сказал вам о том, прежде нежели сбылось, дабы вы поверили, когда сбудется. Уже немного мне говорить с вами…»

И Иисус, которого Мария не узнала говорит ей: - Жена, что ты плачешь! Кого ищешь? Она думая, что это садовник говорит ему: - Господин! Если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его.

Иисус говорит ей: Мария! Она, обратившись говорит Ему: Раввуни! – что значит: «Учитель!».
«Иисус говорит ей: не прикасайся ко Мне, ибо Я ещё не восшёл к отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: «восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему». (Евангелие от Иоанна)

И после всего этого, плача и смеясь побежала Мария Магдалина в дом Марка, где сидели взаперти, и горевали Апостолы…
И войдя, наверное с радостным чувством сказала им: - Иисус Воскрес!!!

… И появилась в их душах надежда и возвратившись, стали они думать и гадать, что же случилось с Учителем, с его погребённым телом. И стали вспоминать, как говорил Он им, что умрёт, будет погребён и на третий день воскреснет…

И в тот же день недели, вскоре явился им Сам, Иисус Спаситель и Мессия и пройдя сквозь стену, тихо встал в углу и сказал: «Мир вам!» И все замерли, а потом бросились на колени и стали целовать полы его одежды.

А Иисус: «… сказав это, показал им руки и ноги и рёбра свои. Ученики обрадовались, увидев Господа. Иисус же сказал им вторично: Мир вам! Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул и говорит им: примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся…»

А Фома не поверил, потому что его не было с ними в тот день, и стал сомневаться, и Иисус в другой раз появился на восьмой день и сказал: «…Мир вам!» и глянул на недоверчивого, покачал головой и сказал ему: - Ах. Фома. Фома! - «… подай перст твой сюда и посмотри руки мои; подай руку твою и вложи в рёбра Мои: и не будь неверующим, но верующим…»
Фома же сказал ему в ответ: «Господь мой и Бог мой!»

И далее евангелист Иоанн говорит: «Сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его…»

После явления Иисуса ученикам, в Иерусалиме, большинство Его последователей вернулись в Галилею, и занялись тем, что забросили, когда пошли за Учителем, по Его первому зову, около трёх лет назад. То есть своими делами мирскими и рыбной ловлей, в том числе...
И вот, на море Тивериадском, вновь им является Иисус Христос, чтобы напомнить им о Миссии, возложенной на них Им, в момент первого явления после распятия и воскрешения…

… А дело было так: «Пётр сказал всем остальным, которых было шестеро кроме его самого, что он идёт ловить рыбу и тогда остальные пошли с ним сели в лодку, но во всю ночь ничего не поймали. А когда утро настало, то увидели они человека на берегу и не узнали Его.
И этот человек спрашивает их громким и звучным голосом: Дети! Есть ли у вас какая пища?

И они, услышав его вопрос – утро было тихое и ясное, ответили Ему: - Нет…
А человек этот сказал им в ответ: «Закиньте сеть по правую сторону лодки, и поймаете»
Они закинули и не могли сети вынуть из-за множества рыбы в них.
Тогда Иоанн, вглядевшись, говорит: «это Господь!»
Пётр же услышав это, препоясался одеждой, и в нетерпении сердца, нырнул с лодки в море и поплыл к берегу. Остальные приплыли на лодке.
Когда же они вышли на берег, увидели разложенный костёр, и на нём жарилась рыба и согревался хлеб…

«Иисус говорит им: «Придите, обедайте». Из учеников же никто не смел спросить Его: «Кто Ты?», зная, что это Господь. Иисус приходит берёт хлеб и даёт им, также и рыбу…»

А после еды, Иисус трижды спрашивает Петра: «Любишь ли ты меня?» И Пётр ему трижды ответил: «Господи! Ты всё знаешь; Ты знаешь, что я люблю тебя». И Иисус говорит ему трижды: «Паси овец Моих…»

А это значило, что Иисус Христос от которого Пётр в утро распятия Господа трижды отрёкся, трижды простил его и вновь призвал быть главой Апостолов и учить людей Новому Завету, ставя его во главе своей Церкви…

И дальше Иисус сказал: «Истинно! Истинно говорю тебе! Когда ты был молод, то препоясывался сам и ходил куда хотел; а когда состаришься, то прострёшь руки твои и другой препояшет тебя и поведёт, куда не хочешь.
Сказал же это, давая разуметь, какою смертью Пётр прославит Бога…»

Так являлся Иисус Христос трижды, «по воскресении своём из мёртвых» своим ученикам, благословляя их на служение Новому Завету, который открыл им, ещё при жизни на земле, в облике человеческом…




Предсмертные дни




А в городе, в природе всё расцвело и все преобразило наступившее лето.
На траве, ранним солнечным утром, в парке рядом с соборным храмом, птицы пели не переставая с рассветом, а на зелёных луговых открытых пространствах, к утру оседала чистыми прозрачными каплями роса.
На Круглом озере, заботливые утки, гуси и лебеди с утра, во главе своих выводков, плавали вдоль берега и сквозь молочные хлопья тумана почти неслышно возникали, приблизившись к случайному бессонному наблюдателю на берегу, в ожидании корма-подачки.
Чуть позже, на песчаных дорожках появлялись кавалькады ранних всадников выплывающих из редеющего под лучами встающего солнца, и вскоре исчезающих в нём…
Через час, яркое жаркое солнце вставало над высокими деревьями парка и высушивало росу, вместе с которой испарялся и предрассветный туман.
В это время на аллеях парка появлялись первые гуляющие и длинный, почти бесконечный летний, жаркий день вступал в свои права.
В эти дни, умирающий Владыка, писал свою последнюю проповедь. Он попросил своего друга, старого почитателя его проповеднического таланта, принести нужные книги и преодолевая дурноту всепобеждающей болезни, уже работал лёжа, так как не хватало сил подняться и даже сесть.
Он хрипло дышал и часто переводя дух, откидывался в изнеможении на высокие подушки. Однако, владыка продолжал работать через силу, стараясь привести в повиновение свой ум и свою память.

Об авторе все произведения автора >>>

Владимир Кабаков Владимир Кабаков, Лондон, Великобритания
Владимир Кабаков – родился 1946г. Иркутск.
В 16 лет пошел работать на стройку. С 17 лет стал ездить в дальние командировки по Восточной Сибири. В 19 лет призван в армию во Владивосток на остров Русский. Закончил службу в 1968 году, работал в Иркутском Университете, учебным мастером. Поступил в Университет, но ушел с первого курса, так как понял, что радиофизика не моё. Учился в Университете Марксизма-Ленинизма, занимаясь философией и социологией, удовлетворяя свою страсть. Потом работал слесарем, плотником, стропальщиком, бетонщиком. В 1977 году уехал на Бам, где работал на сейсмостанции в поселке Тоннельный. С 1979 года выехал в европейскую часть России и стал интерьерщиком. В 1984 году написал свой первый сценарий документального фильма «Глухариная песня»(http://www.tvmuseum.ru/card.asp?ob_no=3335), который был поставлен на Иркутской студии телефильмов. В течении нескольких лет работал внештатным корреспондентом молодежной редакции Иркутского телевидения. Чуть раньше начал писать рассказы и повести о тайге, о природе и человеке. 1988 году поселился в Ленинграде (Санкт-Петербурге). Там-же стал тренером в общественнo-подростковом клубе «Березка», продолжая работать в интерьерной фирме. В 1990 году стал штатным тренером, а в 1993 году директором подросткового клуба «Березка». За время работы в клубе начал печататься в сборниках русских литераторах. В 1998 издал книгу рассказов «Говорят медведи не кусаются». В том же году уехал в Англию, где жила семья: жена-англичанка и двое детей. Долгое время сидел без работы, затем работал уборщиком. За это время написал много пьес, рассказов, повестей, в общей сложности около 10 книг. Собираюсь издавать их в Санкт-Петербурге и в Сибири.

e-mail автора: russianalbion@narod.ru
сайт автора: личная страница

 
Прочитано 244 раза. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы, замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам совершенствовать свои творческие способности
Оцените произведение:
(после оценки вы также сможете оставить отзыв)
Отзывы читателей об этой статье Написать отзыв Форум
Отзывов пока не было.
Мы будем вам признательны, если вы оставите свой отзыв об этом произведении.
читайте в разделе Проза обратите внимание

Короткое размышление о кризисе - Елисей Пронин

Ты моя крепость. - Светлана Поталова

Слепорожденный.Продолжение - женя блох

>>> Все произведения раздела Проза >>>

Поэзия :
Соберём для Агнца вознаграждени е - Анна Лукс

Поэзия :
Надежда, вера и любовь! - Раиса Дорогая

Поэзия :
Отцовские розги - Светлана Теребилина

 
Назад | Христианское творчество: все разделы | Раздел Проза
www.ForU.ru - (c) Христианская газета Для ТЕБЯ 1998-2012 - , тел.: +38 068 478 92 77
  Каталог христианских сайтов Для ТЕБЯ


Рамочка.ру - лучшее средство опубликовать фотки в сети!

Надежный хостинг: CPanel + php5 + MySQL5 от $1.95 Hosting





Маранафа - Библия, каталог сайтов, христианский чат, форум

Rambler's Top100
Яндекс цитирования

Rambler's Top100